– Тем, что им много лет никто не пользуется, – ответила сестра, сваливая книги на пол возле входной двери. – Когда-то папа с этими словарями работал, помнишь? Когда занимался переводами. А после его смерти все, никто их не открывал.
– Ну что же, отдаю должное твоей твердости. Я вот книжки до сих пор выбрасывать не могу.
– И я не могу, но жить как-то надо? – сказала Катька. – Вот сейчас расчищу несколько полок на стеллажах в кабинете и переставлю туда книги из своей комнаты. Старый шкаф, где они стояли, выброшу, а на его место куплю комод. Будет куда трусы сложить и косметику!
– Н-да, многоходовочка! А что сказала мама?
– Мама оказала вооруженное сопротивление! «Как ты можешь?! Это же папины книги!»
– Где она, кстати?
– Покинула зал заседаний в знак протеста – пошла в магазин за кефиром и в аптеку.
– Ясно. Ты только, смотри, тяжести-то не таскай. Я в выходные приеду, помогу тебе все это вынести.
Я кивнул в сторону книжек.
– Спасибо, но ты не беспокойся. Я буду небольшими порциями выносить… И Витька мне поможет.
– А он где?
– Болтается…
Тут Катрин наконец всмотрелась и поняла, что со мной что-то не так.
– Слушай, брательник, с тобой все в порядке? А то вид у тебя какой-то…
– Какой? – заинтересовался я.
– Побитый.
– Ну, в общем, соответствует…
– Что случилось-то?
– О, мать! Не знаю даже, с чего начать…
– Ладно, ступай на кухню, я сейчас приду.
Я попытался встать, но с первого раза у меня это не получилось.
– Э-э-э, – заволновалась сестра. – Может, ты лучше пойдешь полежишь, а?
– Не, нормально все. Я посижу.
Я скинул куртку, разулся и прошлепал на кухню.
– Тапки возьми! – крикнула мне вслед Катя.
– И так хорошо, – отмахнулся я.
Преодолев короткое расстояние от прихожей до кухни, я тяжело плюхнулся на стоявший у стены диванчик и огляделся. Все вокруг было так знакомо, так спокойно, и это придало мне уверенности. «Как сказал мой “названый брат” Дмитрий Анатольевч Гиренко? “Если бы мы хотели вас убить, то давно убили бы”, – медленно думал я. – Значит, будем надеяться, что я не помру…»
В этот момент в комнату вошла Катя.
– Так, ну и чем тебя лечить? – спросила она.
– Понятия не имею.
– Ты, часом, не отравился?
– Как ты догадалась?
– Морда у тебя какая-то зеленая…
– Спасибо, мне это уже сегодня говорили…
– Давай я тебе чаю сделаю крепкого.
– Универсальное средство.
Через пару минут на столе передо мной стояла большая кружка, из которой валил пар.
– Ну, рассказывай, – сказала Катя, усаживаясь напротив меня и закуривая.
– Что рассказывать?
– Все. Как ты дошел до жизни такой?
Я решительно не мог собраться с мыслями и не знал, с чего начать. Здесь, в мирной, залитой солнцем кухне родительского дома, все события последних дней казались какими-то нереальными. Толубеев, Кончак, Гиренко и даже Алина виделись мне как будто сквозь дымку. Я вдруг ощутил полное интеллектуальное изнеможение, совершенную неспособность коротко и ясно объяснить Кате, что же, в конце концов, произошло. «А вдруг это умение связно мыслить уже не восстановится? – испуганно подумал я. – Что они мне вкололи, сволочи?!» Катька молча смотрела на меня, ожидая продолжения.
– Еще великий Мечников… – сказал я и понял, что начал не с того. – Короче, мать, наш прадед был большой ученый…
Это звучало уже совсем как пародия. Катька едва заметно улыбнулась.
– Это я знаю, – сказала она мягко.
– Ты помнишь, как мама читала нам в детстве сказку?..
– Какую?
– Про «живую» и «мертвую» воду… Там Иван-царевич… или, может, Иван-дурак… едет куда-то на край света… А там волшебный источник… Зачерпнешь с одной стороны – вода «живая», зачерпнешь с другой – вода «мертвая»…
– Да, что-то такое припоминаю…
– Вот так оно и получилось.
– Что получилось?
– И знаешь, что я думаю… Что эти разговоры странные о ядах на антресолях у нас… а я точно помню, что такие разговоры были… Так вот это тоже как сказка… не буквально, конечно… Но вся эта история с прадедом, лизатами, смертями, она превратилась в такую легенду семейную, где правда перемешалась с вымыслом… но в основе правда все же была… Ты меня понимаешь?
Катя кивнула, хотя я не был уверен, что она до конца понимала.
– Мы, видимо, никогда не узнаем, что случилось на самом деле… Прадеда могли убить, он мог покончить жизнь самоубийством, а мог и вправду умереть от сердечного приступа… Это уже не так важно! Важно другое…
– Что?
– То, что доктор Джекил умер, а мистер Хайд продолжает жить!
– Ты о чем?
– Они отравили Манюченко.
– Кого?
– Ну, предпринимателя известного, который в Англии прятался…
– Ах, ну да!
– И Славу, возможно, тоже убили, потому что он что-то узнал.
– Ты шутишь?..
– Нет, не шучу. Они и меня могли… Но меня спасло заступничество влиятельных лиц, – криво усмехнулся я. – Мне просто погрозили пальцем.
– Каких это лиц?
– Долго рассказывать.
– И что ты теперь намерен делать? – спросила Катя.
– Нет, это я тебя спрашиваю, что мне теперь, блядь, делать?! Я же должен написать статью!
– Ну и напиши! В чем проблема?
– Как в чем? Что я должен написать – приглаженный текст «родился, учился, женился…» или правду?
Некоторое время Катя задумчиво смотрела на меня.
