— Несколько аспектов психологии моего папаши, — Веслав неторопливо скинул ветровку. — Ему, видишь ли, нравилось, что я врожденный алхимик, а сам он с алхимией не дружил. Как и с логикой. Так что даже логическая задачка с всего двумя выходами имеет в его исполнении третье решение.
Батник отправился вслед за ветровкой. За ним — майка.
— Лучше бы раздевался Йехар, — Эдмуса точно укусила сегодня какая-то блоха шутовства. — Получили б хоть эстетическое удовольствие. Или Виола…
Виола уже отбила об Эдмуса обе руки и соизмеряла глазами, какая из ладоней болит меньше. Веслав ограничился взглядом и продолжил раздеваться, а Эдмус — комментировать.
— Мы должны к тебе присоединиться? Или некоторые из нас? Это что — людская психология — раз мы все равно умрем, то напоследок хоть… ай, нет, в шутке не было никакой пошлости, Оля!!
Когда я перестала, наконец, гоняться за шутом по клетке, огибая остальных, он поднял ладони в знак мира и сообщил в сторону Веслава углом рта:
— Она мне напоминает Ифирь, дружище. Так же страшна в гневе. Мой тебе совет — беги от нее, куда глаза глядят! Хотя куда ты убежишь, мы же заперты…
— Ну, при большом желании… — заметил Веслав, стряхивая с ног обувь, — и при умении моего папашки прокалываться на мелочах…
Три секунды — и он просто протиснулся между прутьями, недовольно прошипев при этом что-то такое… словом, я надеялась, что это был трехэтажный алхимический термин.
— Вот что значит — давно не видеть сына, — покачал головой Йехар.
— Тебя точно нужно подкормить, — почти поседела я, соизмеряя расстояние между прутьями.
— Раздеваться было обязательно? — скривился Андрий.
Веслав уже натянул большую часть одежды и теперь отыскивал в ветровке разрыв-траву.
— Энергетические узлы на синтетику реагируют…
— Мы верим тебе, — голос Йехара был невообразимо честен. Ухмылка Эдмуса — и того честнее.
Через пару секунд в клетке образовалась дверь (стихийным зрением я увидела, что разрыв-трава просто распустила пару энергетических узлов).
— Вот он — сладкий воздух свободы, — неубедительно вздохнул Андрий.
Спирит с ухмылкой помахал кроссовком, который алхимик еще не успел нацепить.
— Слаще некуда.
Йехар оглядывался по сторонам с мрачнейшим выражением лица. Особенно мрачным оно становилось, когда взгляд рыцаря падал на какие-то бараки вдалеке, где-то за километр от нас.
— Сердце подсказывает мне, что мы не уйдем отсюда просто так, — пробормотал он. — Мы окружены темными созданиями, которые нападут весьма скоро…
— Я не чувствую стихии дальше, чем на двадцать метров, — сообщил Андрий испуганно.
— Хорошо тебе, — буркнула я. — Я вообще стихии не чувствую…
— Но мы на свободе! — приободрил спирит. — На сладком воздухе…
Веслав, залившись краской, отобрал у него кроссовок и этим же кроссовком увеличил количество шишек спирита еще на одну.
— Двадцать метров — это магический коридор вон к той развалине, — он кивнул на бараки. — Позади нас — тупик, так что остается идти вперед. Ну, и конечно, нас встретят. Похоже, папа хочет, чтобы после клетки я прошелвступительное испытание, пользуясь своими способностями Повелителя.
— Но почему он
— Да видно ауры ваши посмотрел и в расчет не принял.
Сверху тут же раздался кровожадный визг — что-то вроде сигнала к началу атаки. Все разом представили примерный уровень вступительных испытаний, и Андрий поинтересовался:
— А ты не мог это все сказать до того, как взломал клетку?
Нет, нет и нет. Эта батальная сцена в мое повествование никоим образом не пролезет. Для начала, я в ней опозорилась: выставила слишком высокую дымовую, то есть паровую завесу. Эдмус, который как раз отбивался в воздухе от планетников — нежити, бывшей висельниками-самоубийцами — просто столкнулся с одним из них лбом. Счастье еще, что как раз лоб у нашего спирита был на редкость крепкий: бедного планетника все равно что шарахнули чугунной сковородкой, да еще с полного разлета. Не знаю, может ли быть у нежити сотрясение мозга, а вот у спиритов его почти не бывает: Эдмус не только не потерял сознание, но и почти не сбился с крыла, разве что совершенно одурел и принялся гоняться за планетниками с дикими криками: «Забодаю поголовно! Родина-мать, прощай, иду на таран!» Какой-то из планетников попытался применить способности этих существ вызывать град, я опомнилась только тогда, когда градины с голубиное яйцо начали падать на землю, попыталась вернуть их обратно, второпях забыла об Эдмусе и сшибла его с крыльев. Эдмус плюхнулся на Йехара, о них споткнулась Виола, все темные создания, которые на нас навалились, радостно бросились к ним… Но ребята собрались в секунду: куча мала трансформировалась в пантеру, на спине которой восседал Йехар с мечом, а над ними распахивались широкие крылья спирита. Поверьте, само зрелище могло доконать кого угодно. Андрий, например, зазевался и получил от планетников куском льда по голове.
