Осеннее солнце согрело старые доски причала, и Дженна, отойдя подальше от куч драконьего навоза, которые разложил Билли Пот, сидела с Уллром на коленях и болтала ногами в теплой воде мутной реки. Рядом стояла синяя миска с размятой кукурузой, и зернышки клевал маленький голенький утенок. Дженна наблюдала, как кукуруза исчезает из миски. У девочки начали незаметно слипаться глаза. Она не смогла удержаться от того, чтобы не улечься на одеяла и подушку, которые принесла с собой из гостиной Сары Хип.
Именно поэтому, когда суденышко советника Гостиного двора подплыло к берегу, Алиса Неттлс и Альтер обнаружили мирно посапывающую груду кружевных одеял, а сверху на одеялах спали еще рыжий кот с черной кисточкой на хвосте и маленький щетинистый утенок.
– Это Дженна! – воскликнула Алиса, узнав девочку по темным волосам и золотому обручу. – Как она сюда попала?
– Ты уверена? – переспросил призрак, не веря своим глазам.
Альтер и Алиса пришли во Дворец сообщить ужасную весть об исчезновении Дженны и Нико. Альтер хотел было полететь один, но Алиса настояла на том, чтобы пойти с ним, поэтому Альтер долго летел следом за ней вверх по реке, мысленно подбирая правильные слова.
– Сам посмотри, – улыбнулась Алиса. – Она спит.
Альтер осторожно сдул покрывало с лица Дженны и убедился, что это действительно она. Девочка зашевелилась, но была так измотана, что даже не проснулась.
– Не будем ее будить, – сказала Алиса. – Сейчас тепло, а с ней все в порядке.
– Какие у них тут смешные утята, – заметил Альтер, когда они с Алисой отправились во Дворец по залитой солнцем лужайке. – Какая-то новая порода, наверное.
Тени над лужайкой становились длиннее, а Дженна по-прежнему спала, свернувшись клубочком под одеялом. Невдалеке отдыхали Альтер и Алиса, которые, обойдя весь Дворец, так и не нашли ни Сайласа, ни Сары Хип. Они уселись на лужайку и мило беседовали, наслаждаясь видом реки.
А с другой стороны от Дворца по подъездной дорожке торопливо шли Марсия и Септимус, а за ними, не отставая, семенил Огнеплюй. Септимус вел Огнеплюя к Дженне, чтобы она отменила заклинание «Ищи», потому что дракон следовал за ним повсюду и уже начинал надоедать.
– Я только не понимаю, Септимус, – говорила Марсия, – как призрак какого-то грызуна…
– Его зовут Эй-Эй, – поправил Септимус. – Огнеплюй, пожалуйста, не дуй мне в затылок.
– Эй-Эй, крыса, слон… Какая разница! Суть в том, что он призрак. А призраки не кусаются! Да, они иногда могут распахнуть окно или хлопнуть дверью, но они не кусают! Не наступай на мой плащ, глупый дракон!
– Ой! Это моя нога, Огнеплюй… Я знаю, но это не просто призрак, это материальный призрак.
– Таких не бывает, Септимус. Опять ты начитался статей из альманаха «Ведьминские видения»?
– Да нет же. Я знаю, что это материальный дух, потому что Марцеллий сказал…
– Мне уже надоело слушать, что там сказал Марцеллий… – рассердилась Марсия.
– Но видите ли, Эй-Эй выпил тот же эликсир, что и Этельдредда. Его сделал Марцеллий…
Снова услышав имя Марцеллия, Марсия тяжко вздохнула, но промолчала.
Септимус продолжил:
– Марцеллий собирался сам выпить эликсир, но раствор был еще не готов, а Этельдредда взяла его и выпила. Марцеллий страшно расстроился. А потом Этельдредда схватила Дженну и потащила к реке, но там было скользко, и она… в смысле, Этельдредда, упала и утонула. Поделом ей. Тогда Марцеллий сказал, что поместит ее дух в портрет и запечатает в комнате, так как она должна была стать материальным призраком, а это почти то же самое, что стать живым, только она будет жить вечно, а именно этого она и хотела, и…
– Замолчи! – перебила Марсия. – У меня уже голова раскалывается!
– Так вот, Эй-Эй тоже материальный призрак, поэтому он кусает людей, – поспешно закончил Септимус, пока Марсия не заткнула ему рот.
К тому времени они были у деревянного моста через ров. Марсия остановилась собраться с мыслями. Даже если со стороны казалось, что волшебница не слушает, она на самом деле внимала каждому слову Септимуса.
– Кто же знает, на что способен теперь материальный призрак Этельдредды… – пробормотала она. – Мы должны немедленно ее запечатать!
Деревянный мост опасно прогнулся под весом Огнеплюя, когда они приблизились к дверям Дворца.
Волшебница-стажер Хильдегард, дежурившая у дверей, выглядела обеспокоенной.
– Мы к Сайласу Хипу, Хильдегард, – небрежно бросила Марсия. – Пусти-ка.
– Полагаю, он на чердаке, мадам Марсия, – ответила стажер, с опаской поглядывая на Огнеплюя.
Хильдегард не испытывала симпатии к рептилиям, а во Дворце их и так было довольно. Мало, что ли, черепах в реке и выводка ящериц Билли Пота?
– Хорошо, – сказала Марсия. – Может быть, он как раз занят полезным делом, хотя я почему-то сомневаюсь.
К счастью для Хильдегард, волшебница повернулась к Септимусу и распорядилась:
– Септимус, не води туда этого дракона. Проведи его к заднему входу. Уверена, мистер Пот будет счастлив получить кое-какую прибавку.
