С этими словами Марсия скрылась в темноте Долгого променада, по пути столкнувшись с горничной и с грохотом опрокинув ее ведро.
Пока Марсия выразительно советовала уборщице, куда в следующий раз надо поставить ведро, Септимус отправился на другую сторону Дворца, а Огнеплюй затопал следом, как будто привязанный к мальчику очень короткой невидимой ниточкой.
Заблудившись несколько раз, Марсия наконец нашла чердак. Поднявшись, она услышала спор.
– Слушай, Гриндж, почему я должен отвечать, если ты не можешь контролировать свои шашки? Мой нападающий никогда бы не спихнул все с доски.
– Это и был твой нападающий, – проворчал Гриндж. – Мой как раз делал свое дело, а твой возьми да и швырни его! Куда он теперь делся?
– И я не знаю, куда они оба делись, – буркнул Сайлас, опустился на четвереньки и заглянул между половицами. – Может, никогда теперь не найдем. Хм!
– Сайлас Хип, чем ты занимаешься? – прогремел голос Марсии, которая решительно направлялась к любителям шустрых шашек.
Сайлас виновато вскочил и ударился головой о низкую балку:
– Ой!
При виде разгневанной фурии в развевающемся плаще Гриндж побледнел.
– Мы как раз собирались поставить портрет на место, – сказал он. – Честно!
– Честность почему-то не сразу ассоциируется у меня с тобой, Гриндж, – немного несправедливо заметила Марсия.
– Не кипятись, Марсия, – сказал Сайлас. – Мы все сделаем. И вообще, не понимаю, из-за чего сыр-бор.
– Вот почему, Сайлас Хип, ты всего лишь Обычный волшебник. Эта комната не зря была запечатана. В ней держали дух королевы Этельдредды и ее мерзкого зверя, который теперь бегает по Замку и кусает людей.
– Да ладно, Марсия. Разве я виноват в том, что началась эпидемия?
– Ты выпустил их, Сайлас. Кто еще? С тех пор как ты по глупости распечатал портрет, началась эпидемия, и это не случайность. Хуже того, королева Этельдредда теперь на свободе!
– Это же просто призрак, Марсия, – возразил Сайлас. – Зачем его бояться? Тут столько призраков, и некоторые очень приставучие, даже хуже, чем она. Ну, например, тот, который все время свистит, а еще…
– Помолчи, Сайлас. Этельдредда не обычный призрак. Она опасна. Ее запечатал ее собственный сын, а уж он-то знал, на что она способна.
– Что значит «способна»? – спросил Сайлас, у которого зрело плохое предчувствие.
– Убивать своих детей. Принцесс. Полноправных наследников Замка. А теперь она на свободе, в нашем времени, и она намерена делать то же самое.
– Что? – воскликнул Сайлас. – Хочешь сказать… Дженна…
– Именно это я и хочу сказать. А теперь, когда Дженна вернулась…
– Дженна вернулась! Она в порядке?
– Пока да. Она и Септимус…
– Септимус! Так это правда, они оба в безопасности?
У Сайласа как будто камень с души упал. Ему вдруг расхотелось спорить с Архиволшебником.
– Тогда помоги нам, Марсия, – сказал он. – Мы сейчас же запечатаем портрет, да, Гриндж?
Гриндж пожал плечами. Ему-то что, это Сайлас бросил на середине игру в шустрые шашки.
Пока портрет медленно двигался по чердаку, корабль королевы Этельдредды проходил сквозь карантинную блокаду у Вороньего утеса. Рыбаки, сторожившие суда, вздрогнули, когда холодный ветер пронесся по оснастке кораблей, так что даже веревки угрожающе загудели. Королева Этельдредда сидела одна на своем невидимом месте. Эй-Эй слонялся у Архива магических рукописей «Манускрипториум», поджидая писцов, которые скоро пойдут с работы. Он выберет себе новую жертву. По мере того как королевское судно проходило заграждения и направлялось по реке к Дворцу, улыбка на лице королевы Этельдредды становилась все шире, потому что в руках она сжимала серебряный пистоль для Дженны.
А в серебряном пистоле была именная пуля с двумя буквами: «М. П.», что означало «маленькая принцесса».
В это время на чердаке портрет Этельдредды начал брыкаться. Сайлас мог поклясться, что портрет его укусил, а у Гринджа руки так распухли, будто его щипали гигантские крабы. Вот так они тащили картину в распечатанную комнату. Где-то на полпути Гриндж громко вскрикнул и уронил портрет. Картина упала Сайласу на ногу, и Марсия потеряла всякое терпение.
– Отойдите! – закричала она. – Я отправлю его в комнату!
– Ты не можешь этого сделать! – испугался Сайлас. – Ты же не знаешь, где он окажется!
– Не учи меня, Сайлас Хип, – огрызнулась Марсия. – Он полетит, а я его отправлю.
– Лучше и не пробуй, Марсия, – проворчал Сайлас.
Марсия не ответила. Она уже собирала магику для заклинания, а ее нужно было много. Сайлас увидел, как магическая дымка – мерцающий пурпурный туман – появляется вокруг Марсии. Совсем скоро стало непонятно, где заканчивается Марсия и начинается чердак. Гриндж просто смотрел, разинув рот, как волшебница, пытливо вглядываясь в портрет, медленно проговорила:
