– Ясно. Не знаю, возможно, все дело в том, что на Вашей планете дворянство исчезло, но Ваши поступки, суждения – действия дворянина Сиберии. В других цивилизациях нашей галактики раньше были другие требования к дворянству. Как там сейчас – не знаю. После войны с насекомыми я не имел возможности общаться с теми странами.
– Извините, Ронан, но вынужден Вас немного поправить, у Вас была война не с насекомыми, а с инсектоидами.
– А разве это не одно и тоже?
– Инсектоиды – это насекомые, тут Вы правы. Но есть цивилизации насекомых, у которых свой путь. Более того, цивилизация космических муравьев вообще ведет войну только с инсектоидами, а с остальными расами старается жить в мире.
– Никогда не слышал ничего подобного. Откуда у Вас эта информация?
– Скажем, так: информация достоверна, источник раскрыть не могу. А еще я собственными глазами видел цивилизацию насекомых, которая точно не угрожает другим, а, скорее, наоборот – страдает от знакомства с другими цивилизациями.
– Понятно, не доверяете мне? – толи с вопросом, толи с утверждением сказал Ронан. – Только не пойму, чего Вы боитесь? Я ведь скоро умру, и никому не смогу поведать Ваши тайны.
– Ронан, как я говорил – умереть-то Вы, умрете, но не так быстро, как рассчитываете. Если я правильно понимаю, Вам надо попасть в регионы Сиберии, которые теперь стали основными территориями. Для этого мне нужна от Вас только подробная звездная карта, и чтобы Вы указали место, куда Вы должны прибыть.
– Это очень долгий и опасный путь. Ну, допустим, я предоставлю Вам карту, что взамен?
– Ну тут уж Вы скажите – с чем Вы сможете мне помочь. Мне бы очень хотелось найти место – планету или станцию, где бы я мог вывести из стазиса своих подопечных. Я не говорил Вам, но в капсулах – представители разных рас. Еще я был бы рад, если бы Вы помогли мне как-то интегрироваться в цивилизацию, социализироваться, но сохранить за собой независимость.
Я замолчал, а Ронан продолжал смотреть на меня. Пауза стала затягиваться, и он не выдержал:
– Продолжайте? Что еще?
– Все, – я пожал плечами. – Хотя – есть еще один момент, но это даже не просьба, а пожелание. Большую часть пути Вам придется провести в медкапсуле. В периоды Вашего бодрствования – буду рад собеседнику. Вы же расскажите мне о Сиберии, о том, как и что у Вас происходило?
– Все? Вы не шутите? У Вас больше нет вопросов? Нет требований, есть только пожелания? Вы не требуете от меня НаЭ, титула, денег?
– Ронан, – я вздохнул, уставая от тщетности попыток доказать Ронану, что мне не нужен ни титул, ни его НаЭ, чем бы оно ни было. – У нас на Земле есть пословица: «Как аукнется, так и откликнется». Я понимаю, в моем положении возможно требовать и выдвигать условия. Но я слушал Ваши переговоры и с представителями анклава, и с отступниками Вашего рода. Вы не пойдете на сделку, если будете считать ее бесчестной. Но Вам надо обязательно попасть в центральные миры. Более того, я считаю, что, если есть шанс помочь тем, кто остался на Станциях – им надо помочь. Поэтому я тоже хочу, чтобы Вы добрались до своего Великого князя. И, если попутно Вы поможете решить часть моих проблем, то буду Вам благодарен, если же нет, то я полечу дальше. Что касается титула, то, как я сказал, власть – это ответственность, а я не готов сейчас впрягаться в управление чем бы то ни было. Что такое это Ваше НаЭ – я понятия не имею и, следовательно, не вижу смысла его у Вас просить, да и не отдадите Вы его. Вы скорее умрете, чем предадите какие-то свои убеждения. Дальше – деньги. Я думаю, Вы были не бедным человеком, но война забрала все, что могла забрать, и богатство в том числе. Что еще Вы говорили?… Вопросы – вопросов много, но у нас будет время поговорить, и, надеюсь, на часть из них Вы ответите. К примеру, Лана говорит, что Вам очень много лет, больше, чем должна была просуществовать Ваша нейросеть. Если ответите на этот вопрос, буду рад, если нет – то это Ваша тайна.
В отсеке снова повисла тишина, Ронан рассматривал меня, явно обдумывая услышанное. В этой тишине отчетливо прозвучал шелест открывающейся гермодвери, и тишину нарушил голос Ланы:
– Командир, Ронан еще слишком слаб, мне надо продолжить процедуры восстановления организма. А для этого мне тоже кое-что надо узнать.
– Спрашивай, Лана, в мед отсеке ты хозяйка.
– Ронан, Ваш организм подвергался процедурам принудительного омоложения?
– Откуда Вы про это узнали?
– Некоторые возрастные маркеры у Вас имеют разное значение. Такое возможно, только если организм подвергли процедуре омоложения, причем прошла эта процедура не в полном объеме, или не совсем корректно.
– Эту процедуру разработали незадолго до войны, и я был одним из первых, кто ее прошел.
– Один раз?
– Да.
– Еще вопрос, Вы долго находились в стазисе?
– Почти 387 над.
– Тогда это многое объясняет, все будет хорошо. – Лана повернулась ко мне. – Я синхронизирую хроночастицы, и его организм перестанет себя сжигать. Однако процесс естественного увядания организма я остановить уже не смогу.
– И сколько после этого я проживу?
