Жанин засыпала, представляя себе фантастический мир, где все ребята в школе поддерживают ее. Она стала королевой бала, а Марио понял, что вел себя как придурок, и наконец-то поставил себя на место неудачника, сопереживал лузерам и сочувствовал фрикам, с которыми раньше плохо обращался. Она решила, что это будет прекрасно и станет началом новой эры, уснула с улыбкой и спала с приоткрытым ртом.
Но ученикам «Лас-Энсинас» пока что не было дела до инцидента в кинотеатре, особенно тем, кто обычно занимает в классе задние парты. Они не публиковали «Сторис», не комментировали фото, не писали друг другу. Словно они были настолько эмоционально утомлены, что их стерли с лица земли на несколько часов.
Наступило утро. Жанин понадобилась целая вечность, чтобы встать. Она пыталась рисовать, не снимая пижамы, но это казалось неубедительным и несмешным. Уже после обеда она вместе с мамой захотела посмотреть по телевизору одну из тех криминальных историй, название которых всегда состоит из двух слов, к примеру: «Опасная страсть», «Трагическая ложь», «Забытое воспоминание», «Темная месть», «Тревожная правда»… По мнению Жанин, у людей, придумывающих подобные названия, есть лист бумаги с двумя столбцами слов, которые они смешивают наугад. В конце программы она уснула, так и не узнав, кто убийца, и проснулась в восемь вечера, разбитая, голодная и мечтающая о том, чтобы снова отключиться. Потом она вспомнила, что у нее есть домашние задания, но решила, что придумает отговорку по дороге в школу.
Мелена весь день была как призрак. Она попыталась навести порядок в комнате, но не смогла. Она послушала музыку и загрузила в телефон приложение для микширования песен. Она вообразила, что станет диджеем, чего, конечно, никогда не произойдет и о чем она никогда никому не расскажет, кроме старого замызганного единорога. Она приняла душ и принялась размышлять, какую прическу сделать, чтобы замаскировать залысины на голове. Они были чудовищными, но у нее уже имелся опыт в их сокрытии. Несмотря на все усилия, она сомневалась, что вернется в школу. Несовершеннолетняя Мелена должна была продолжать учиться, но теперь, когда мать исчезла, наилучшим вариантом был бы визит представителей социальных служб, которые забрали бы девушку (Мелена понимала, что одна и без денег она долго не протянет). Она могла бы поискать работу и вообще была настроена решительно, хотя и осознала, что ни к чему не готова.
Горка, в свою очередь, провел воскресенье в вегетативном состоянии, почти в депрессии: он был печален, но не погружен в страдания. Он мечтал, чтобы мир остановился, образно говоря, хотел сойти с поезда, и не желал слышать бесконечные вопросы родителей: «Что с тобой? Что с тобой? Что с тобой?» Поэтому парень заперся у себя комнате, повозился с приставкой, посмотрел четыре серии «Карателя»[49], пару раз мастурбировал при включенном порно (он заранее подыскал ролики под ключевыми словами вроде «большие сиськи» или «анал»), поскольку для этого занятия ему не требовалось быть в хорошем настроении.
Потом Горка вышел из комнаты, чтобы доесть оставшийся со вчерашнего вечера салат (парень запихнул его в буханку хлеба с ощущением, что создает нечто новое), принял душ – и больше ничего. Еще одно никчемное воскресенье.
