Корова_Апокалипсиса: ты должна сказать этому профессору, чтобы он засунул свою голову себе в зад.
Корова_Апокалипсиса: но, разумеется, другими словами. двенадцатилетние девушки не должны так выражаться.
полбяныехлопья: Мне четырнадцать
полбяныехлопья: Я вполне могу сказать так если захочу
полбяныехлопья: Но не стану делать этого потому что мне нужна хорошая отметка за тест
Корова_Апокалипсиса: он будет у тебя и в следующем семестре?
полбяныехлопья: Не, это последние с ним занятия
полбяныехлопья: Но этот предмет ведет только он так что если я его не сдам, то придется опять иметь с ним дело
Корова_Апокалипсиса: вот дерьмо. ты должна пойти к начальнику отделения и сказать, что он дискриминирует тебя по возрасту.
Таящаяся: Что происходит?
Корова_Апокалипсиса: говнистый учитель эм по матану обращается с ней не так, как с другими, смеется над ней в классе потому что она слишком молоденькая.
полбяныехлопья: Он не смеется надо мной
полбяныехлопья: Он называет меня малышкой каждый раз когда я говорю что у него в уравнении ошибка
полбяныехлопья: Как будто это у меня получился неправильный ответ и я сержусь из-за этого
Что мне нравится в Максе и Эмми: несколько недель без долгих разговоров, но они общаются со мной как ни в чем не бывало.
Таящаяся: Такое впечатление что он над тобой все-таки смеется.
Таящаяся: На самом-то деле он кажется просто козлом. Учителя, которые называют своих студенток малышками, сволочи и козлы, не важно кто какого возраста. Ты должна пожаловаться начальнику отделения.
полбяныехлопья: Да
полбяныехлопья: Может быть
полбяныехлопья: Как я сказала я просто должна дотянуть до конца семестра и сдать тест а потом я больше не буду его видеть
Корова_Апокалипсиса: мы серьезно, эм. это все никуда не годится. он не должен так поступать.
полбяныехлопья: Может сменим тему??
– Немного запыхалась, Эггз?
Вскакиваю и смотрю вверх. Папа идет ко мне по тропинке и улыбается, пока не замечает телефон у меня в руке. Я пытаюсь спрятать его в карман, но уже поздно.
– Я же говорила тебе, что плохо себя чувствую. – Встаю и отряхиваю штаны.
– Я думал, мы договорились, что обойдемся без телефонов.
– Ты, должно быть, сказал это только Салли и Черчу. Я ничего такого не слышала.
– Эггз…
Иду позади него:
– Я разговаривала со своими друзьями.
– Но у нас семейное предприятие. Я уверен, твои друзья поймут это, когда мы вернемся через несколько дней. – Одной рукой он быстро хватает меня за локоть и протягивает другую.
Я не отдаю телефон:
– Это было важно.
– Не сомневаюсь. – Голос у него высокий, требовательный. Я вся сжимаюсь. – Элиза.
Я таращусь на него. Он никогда не называет меня по имени.
– Это всего-навсего телефон! Здесь все равно наверняка не будет сигнала. Почему вы у меня все забираете?
– Думаю, ты проживешь пару дней без телефона, – говорит он внушительным Папиным Голосом. – И твоя мама согласится со мной. А теперь отдай его мне.
Вытаскиваю телефон из кармана, сую его ему, а затем иду вверх на голоса братьев. Папа остается сзади, возможно, для того, чтобы удостовериться, что я опять не отстану.
А я и не хочу останавливаться. Я так сердита, что могу идти несколько дней кряду.
Мама, Черч и Салли добрались до стоянки. Черч и Салли дерутся из-за палатки. Мама уже поставила одну.
