Какого ангела в лице Елизаветы уготовили ему Небеса, он еще не ведал. Но, видимо, чувствовал в ней что-то близкое, родное, светлое. Окончательно решившись, он сделал 6 ноября 1883 года предложение своей любимой и, получив заветное «да», поспешил поделиться радостью с Государем: «Я счастлив и доволен, мне кажется иногда, что все это слишком хорошо и что я этого вовсе не достоин». Спустя три месяца Сергей приехал в Дармштадт для официальной помолвки, которая состоялась в Новом дворце. Великий князь преподнес невесте подарки: от императрицы изумительной красоты сапфировую брошь, а от себя громадный сапфир в виде подвески, бриллиантовую парюру (серьги и брошка), жемчужное ожерелье, сапфировый перстень, золотой веер, ротонду и муфту из соболей, соболью же шаль, крытую бархатом, сервизы и различные дамские мелочи. От имени императора жених вручил пожалованные Елизавете бриллиантовые знаки ордена Святой Екатерины. В свою очередь переполненная счастьем Элла подарила избраннику золотой перстень с двумя бриллиантами и сапфиром. Этот залог любви он до последней минуты жизни будет носить рядом с кольцом матери, полученным в день совершеннолетия.
Императрицу Марию Федоровну Элла поспешила письменно поблагодарить: «Дорогая Минни! Я в восторге от прелестной броши, которую ты мне прислала, и благодарю много раз. Спасибо и за телеграмму с теплым приветом, я действительно очень за нее благодарна. Как хорошо побыть здесь с Сержем. Он много рассказывал мне о том, как по-доброму ты интересуешься его жизнью, это так трогательно».
Официальная часть (с обязательными визитами, с парадным обедом и с балом, на котором танцевали непривычный вальс в три такта (прежде было два), а Элла впервые была с Екатерининской лентой) мало интересовала виновников события. Их наслаждение составили возможность побыть наедине друг с другом, детские воспоминания, связанные с этими местами, и весенняя природа, только вступившая в пору цветения. Молодой парой нельзя было не любоваться – оба красивые, застенчивые и, кажется, такие далекие от всего суетного, земного. Они познали горе, их души долго не находили отклика, но любовь исцелила израненные сердца, наполнив их покоем и счастьем. «Элла, если можно, еще красивее, – сообщает Сергей в письме младшему брату Павлу. – Мы с ней много сидим вместе; по утрам она в моей комнате, и я ее немного учу по-русски, что очень забавно, даже заставляю писать. Между прочим, учу ее словам: “Боже, царя храни”… Мы уже гуляем одни по всему Дармштадту».
Смахнув невольную слезу, Великий герцог Людвиг сообщил Александру III: «Я не колеблясь дал свое согласие, потому что знаю Сергея с детства, вижу его хорошие и приятные манеры и уверен, что он сделает мою дочь счастливой». Немецкая бабушка Эллы, принцесса Елизавета, также не скрывала радости и откровенно восхищалась Сергеем. А вот с бабушкой английской, королевой Викторией, знакомство жениха еще только предстояло.
Выбор внучки ее сильно озадачил. Русский? Это было странным уже само по себе, к тому же Виктория давно проявляла заметную русофобию. Отца Сергея, императора Александра II, она помнила со дня его первого приезда в Лондон еще молодым престолонаследником. Тогда он очень понравился юной королеве, но с годами отношение изменилось. Особенно острый конфликт наметился в 1874 году в связи со свадьбой ее второго сына, Альфреда, с дочерью Александра, Марией. О эти русские! Они настояли на венчании в Петербурге, они оставляли ее невестку православной, они отказались после помолвки представить ее королеве в Англии, предложив встречу в Германии, как на «нейтральной территории»! Что возомнил о себе этот царь? С заступившейся за него дочерью Алисой королева поссорилась, а когда свадебные торжества продолжились в Лондоне, Виктория с трудом выдержала протокол – присутствие Александра II раздражало ее так сильно, что она едва не покинула столицу до завершения праздника.
И вот новая напасть – русский жених для внучки! Правда, ни о ком другом Элла не хотела и слышать, так что постепенно королеве пришлось смириться с неизбежным. Собранная о Сергее информация характеризовала его только с положительной стороны, никаких препятствий для брака не было, а в том, что Елизавета счастлива, сомневаться не приходилось. «Я так рада, – писала она бабушке, – что Вы увидите Сергея, когда Вы приедете в следующем месяце, и надеюсь, что он произведет на Вас приятное впечатление. Все, кто его знает, любят его и говорят, что у него правдивый и благородный характер».
«Смотрины» состоялись в начале апреля 1884 года, накануне православной Пасхи. Решение внучки королева одобрила – Великий князь произвел на нее самое благоприятное впечатление. Свадьбу назначили на 3 июня, а европейской родне решили сообщить о радостном событии на другом семейном празднике, свадьбе сестры Елизаветы, принцессы Виктории. В тот день, 18 апреля, Элла принимала поздравления вслед за новобрачными, ощущая себя на седьмом небе. И тут разразился жуткий скандал.
