-Забери.Если приступ будет,то ему без разницы,где это случится,все равно к нам привезешь.Короче,думай –неделя есть…
20
Когда я прихожу обратно забирать Эльку,он лежит неподвижно,отворачивает от меня лицо.Не хочет говорить.Сердится?Обижен чем-то?Худо ему?
-Элюн,эй,ты что?
Малой молчит, как комсомолец на допросе.Иосиф Уткин «Смерть комсомольца». «Ему шестнадцать лет всего…Как жемчуга на белом блюдце блестели зубы у него…»Я в белой рубашечке читаю стих…Блин,почему в такие тяжкие моменты лезет в голову невероятные вещи,абсолютно не по делу.
-Эль,ну все,поехали в палату,пора кушать и я тебе потом почитаю.
-Домой хочу!
Крик Эльки настолько неожиданен,что девчонки вздрагивают и оборачиваются,я замираю –мама родная,еще один взвизг в реанимации –загрузят так,что не проснуться.Да,бывают у нас психозы –головы сносит из-за сердечных дел,причем серьезно сносит,это вам не белочка,колотятся так,что дело до фиксации доходит и дяди-психиатра по утром.Причем вязки-то наши фиг развяжешь,дергаясь –вроде,просто перехлест,а перетягивает так,что у особо резвых потом запястья порезаны.В принципе,просто под бинты подкладывают марлевые подушечки или вату,чтобы не прорезать кожу.Это если успевают и наши придурки дают.А если нет –то нет.Как повезет.А вы думали –в кефирном заведении предусмотрено все,в том числе и такое.Но если Элюн будет орать,то из реанимации мы не выберемся,а разбираться с ним все равно надо.
-Эль,все,поехали домой –в палату.
-Я хочу домой!Я не хочу здесь быть! –голос у Эльки звонкий,даром,что после приступа.
-Да все,все,я уже тебя забираю.Счас.
-Я…
Дальше я просто зажимаю ему рот рукой и выкатываю койку из реанимации –благо,она ближе всех к воротцам –вон отсюда и подальше.Спасибо германцам –их кроватки выволакиваются и одной рукой,легкие в движении.
Вталкиваю койку в палату,приходится открыть Эльке рот.
-Я хочу домой,я убегу все равно,я не хочу лечиться!
Господи,похоже,опять его сухая истерика –слез нет,глаза смотрят ненавидяще.
-Эль,что случилось?
-Зачем я тебе такой,ну скажи мне,Влад!
Я ,совершенно охренев,смотрю на него,даже рот приоткрыл.И не знаю,что ответить.Зачем он мне?Не могу сказать,но точно чувствую,что пропаду без него,просто сдохну.
-Я же совсем больной,даже …-он неожиданно затыкается.Но я понимаю,что он хотел сказать.Да,время для секса мы должны выбирать между его приступами и с учетом его самочувствия.И что?
-Эль,прекрати орать,я ничего не понимаю.Что случилось?Я тортик принес,счас чаю попьем,поедим.Давай,успокаивайся.
То,что слышу в ответ,повергает меня в культурный шок.Если перевести на более нормативный язык,то Элюн сказал ,куда мне идти и что делать,а также, что должны сделать со мной.Как же он достал со своими матами,господи!То,что мои мозги были тоже не сильно в порядке после его визга –это да,поэтому я с размаху шлепаю его по нежным губам,из которых лезет мерзость.
-Замолчишь ты или нет?
Элька вздрагивает и смотрит на меня,как на врага народа.И снова матерится так,что я не все слова понимаю.
-Эль,что с тобой?
Он молча смотрит на меня,взгляд очень плохой –полный ненависти и какой-то запредельной усталости.Ну понятно,похоже еще и депрссия наваливается.Невовремя…
Я только качаю головой.Если он хочет,чтобы я ушел –я не сделаю этого.Сейчас разогрею ему еду,покормлю,и просто лягу спать возле него.Уйти из отделения,что-то сделать я просто ему не дам –не для того я был с ним почти две недели,чтобы так бездарно все закончилось.Завтра утром,перед отъездом на занятия,попрошу Светку за ним приглядеть.А вечером заберу домой.А на той неделе переговорю с народом –может,кто-то посоветует еще одно место для лечения.Наши-то с ним просто не справляются,до операции тоже надо как-то дожить.Насчет денег –голова моя болит очень,скажем так,у меня нет даже идей на эту тему.Впрочем,одна есть –ограбить банк!
