Командир дартарров тяжело вздохнул и направился обходить посты по периметру. Он тряхнул темными волосами и прислушался — кругом было тихо. За те три часа, что прошли с момента его последнего обхода, ничего не произошло. Совсем ничего. Звериный нюх подсказывал ему, что никого чужого в округе не появилось. А все равно было тревожно. Сердце сжималось, а собственный зверь царапался и скулил внутри, но, что удивительно, совершенно не требовал свободы. Словно боялся или выжидал чего-то. А вокруг было на удивление тихо. Лишь в центральном доме, отведенном под временную резиденцию кронпринца, прибывшего для проведения переговоров с посланниками норвов, было слышно движение — наследник империи проснулся.
Арий передернул плечами и развернулся в противоположную сторону — он не желал встречаться с Лерсааном.
Известие о прибытии к ним в ставку самого кронпринца, капитан дартарров принял спокойно, лишь непроизвольно поморщился, предчувствуя неприятности, связанные с появлением в лагере воинов, наследника империи. Дворцовый этикет, толпа народу, не связанного с войной, шум, постоянное мельтешение посторонних людей перед глазами, склоки, ссоры и дрязги, которые всегда сопутствуют таким высокопоставленным лицам, невыполнимые требования и стенания, угрозы — к этому готовился Арий. Этого ожидал, учитывая, что безопасность кронпринца само собой ложилась на плечи Ария и его воинов.
На самом же деле все оказалось совсем не так.
Будущий император Дарканской империи прибыл один. Без свиты и придворных, без слуг и лакеев, чем тут же завоевал невольное уважение у оборотней, привыкших во всем полагаться лишь на себя или своих товарищей по службе. К тому же, кронпринц не требовал особого внимания к своей персоне, не третировал парней и не гонял бойцов по дурацким поручениям. Но само его присутствие здесь напрягало.
Стоило этому дарканцу показаться на глаза командиру дартарров, как Арий понял, что готов броситься на него и растерзать на месте. От кронпринца шел одуряющий аромат. Такой знакомый и родной — запах младшей сестры Ария, Эльмарис. Только богине-матери известно чего стоило сдержаться, не выпустить на волю собственного зверя и не разорвать клыками глотку императорского посланника. При первой же возможности, Арий задал его императорскому высочеству кронпринцу Лерсаану вопрос и получил на него честный ответ. Да, наследник империи провел ночь в постели с его, Арием, сестрой. С этой нежной, чистой девочкой, еще почти ребенком.
Лерс проснулся рано. Судя по тишине вокруг, в лагере еще все спали. Хотя, это утверждение не имело смысла — тишина в лагере оборотней могла означать что угодно. Кронпринц потянулся под одеялом и довольно зажмурился — было хорошо, тепло и уютно, несмотря на походные условия и отсутствие какого-либо комфорта. Он не был слишком уж привередлив — привык к жизни в общежитии академии, но удобство ценил. А в ставке дартарров было вполне неплохо, несмотря на то, что оборотни сами по себе неприхотливы и могут обходиться малым, к тому же здесь, в Хашрае, последние годы шла настоящая война, так что было не до придворных церемоний.
Вставать не хотелось и, закинув руки за голову, кронпринц решил еще немного поваляться под одеялом. Мысли его то и дело возвращались к одной синеглазой девчонке, с которой он расстался всего несколько дней назад. И хоть он еще в ту ночь сказал себе, что эта их встреча должна стать последней, что не стоит давать надежду девочке и травить себе душу — все равно ничего не мог с собой поделать. Образ Эльмарис преследовал его, ее улыбку напоминало утреннее солнце, шелест ветра походил на нежный голос девушки, ночное небо было так похоже на ее волосы… Лерс никак не мог выкинуть молоденькую целительницу из головы, не мог забыть или не хотел?
Кронпринц нахмурился, ругая себя последними словами, снова и снова проговаривая про себя все те тысячу и одну причину, по которой ему не следует больше думать об этой девушке, но… но сердце все равно сжималось, а светлый образ синеглазой целительницы никак не хотел тускнеть и с каждым днем, проведенным вдали от столицы становился все ярче.
Лерс нахмурился и неосознанно почесал правое запястье — в последнее время рунная вязь стала четче, да и чесалось запястье сильнее, свербело иной раз так, что кожу содрать хотелось по живому. И эта была еще одна причина, по которой он не должен был думать об Эльмарис. Она слишком нежная и невинная, чистая, искренняя, настоящая…
Кронпринц понимал, что не должен и дальше желать их отношений. Неправильно это. Но и не забывалось. Не мог он найти в себе сил, способных заставить его разом выбросить эти мысли из головы.
Еще одной причиной, по которой ему стоило забыть о молоденькой целительнице, являлся командир дартарров. Лерс смутно припоминал, что Эльмарис говорила ему о том, что кроме боевика у нее есть еще один брат и вроде даже обмолвилась о том, что тот служит в элитном подразделении воинов-оборотней. Но тогда парень пропустил это мимо ушей и не стал задумываться над этим. И как выяснилось — зря.