— Этого не может быть. Эльмарис, наверное, в Школе или… или… у них практические занятия в столичном госпитале. Ей нечего делать на севере, если конечно, руководства академии не решило провести еще одно совместное учение и портал в очередной раз не сбился, — произнося последние слова, Сайрин позволила себе подпустить сарказма в голос и с издевкой посмотрела на Даэна.
Младший брат императора качнул головой.
— Никаких учений.
— Тогда… — Сайрин пожала плечами. — Сейчас сама попробую.
В отличие от своей сестры, темная ведьма не стала закрывать глаз, наоборот она широко их распахнула и они заполнились тьмой, что не помещалась в глазницах и стала стекать тонкими ручейками по ее лицу, запуталась в волосах, разметалась в пространстве. Жуткое было зрелище, хоть и длилось всего несколько мгновений.
— Странно, — нахмурилась дочь тьмы, когда родная ее стихия ушла, а лицо вернулось в первоначальное состояние. — Она и в самом деле на севере.
— Княжна на севере, — снова вмешался лорд Шахрас, пока его начальник переглядывался с бывшим наставником, — кронпринц на севере, Арий Лиарэ — тоже на севере и… как мы выяснили недавно, императрица и та на севере. А не прогуляться ли туда и нам, господа?
Эльмарис пришла в себя и открыла глаза. Над головой ее был белый потолок, по которому змеились тонкие линии трещинок. Девушка очень осторожно приподнялась на локтях и огляделась по сторонам. Комната, в которой она оказалась, больше всего напоминала келью. Узкая, неуютная и сырая. Голые стены без каких-либо картин или украшений, вдоль одной стены кровать, застеленная грубым покрывалом, на которой она и лежала. Напротив — маленький, грубо сколоченный стол и стул без спинки. Вот и вся обстановка. Серые, плохо оштукатуренные стены, словно нависали над ней, грозясь если не обрушиться, то сдвинуться с места и раздавить маленькую целительницу.
Эльмарис закусила нижнюю губу и попыталась сесть. Голова слегка кружилась, и перед глазами поплыли темные круги, но в целом, она оценила свое состояние, как удовлетворительное. Кроме незначительной слабости и сухости во рту, ее ничего не беспокоило.
Эльмарис осторожно спустила ноги с кровати. Вставать не спешила — пережидала приступ слабости и головокружения. Последнее было следствием применения сонного порошка и должно было пройти через несколько минут. А вот с жаждой надо было что-то делать. Но в комнате девушка не видела никакого сосуда с водой. А значит… значит, надо было попытаться выйти отсюда.
Когда состояние ее пришло в норму, Эльмарис встала и нетвердой походкой направилась к двери. Потянула за ручку, не надеясь впрочем, что та поддастся. Но нет. Дверь с тихим скрипом распахнулась, и девушка вышла в темный узкий коридор. Огляделась по сторонам.
Тусклый свет, пробивающийся через небольшое оконце в одном конце коридора, не мог разогнать полумрак, его едва хватало, чтобы не свернуть себе шею при ходьбе.
— Интересно, куда этот боевик меня притащил? — прошипела Эльмарис себе под нос, осторожно продвигаясь в сторону, противоположную той, где было окно. Чем дальше она отходила, тем плотнее сгущалась вокруг нее тьма. — Похоже на какой-то замок. Но… зачем ему это?
Коридор закончился, и целительница оказалась перед глухой деревянной дверью. Приложила к ней ухо, но сквозь толстое дерево ничего нельзя было расслышать.
— Может быть, мне стоило повернуть обратно?
Ей ожидаемо никто не ответил. Эльмарис оглянулась и посмотрела назад. Окно на другом конце коридора теперь казалось небольшой искоркой, тусклой и невзрачной. С тяжелым вздохом, целительница потянула за ручку двери и та повернулась.
— Меня похитили и даже не охраняют? — удивление ее не знало границ. А надежда, что выбраться из этого странного места получится быстро и без особых проблем вдруг взметнулась в душе. Правда, ненадолго.
Эльмарис попала в круглый зал, с мозаичным полом и высокими стрельчатыми окнами, забранными тяжелыми гардинами. Здесь горели свечи, расставленные в тяжелых металлических подсвечниках на полу — мебели в этом зале не наблюдалось, а вот люди были.
Две женщины стояли друг напротив друга. Они были настолько поглощены друг другом, что не обратили внимания на то, что у их разговора появилась свидетельница. Впрочем, рассмотреть Эльмарис, почти скрытую такой же тяжелой портьерой, какие закрывали и окна, было довольно трудно. Одна из них, темноволосая, высокая, вероятно, красивая — она стояла к Эльмарис спиной, и рассмотреть ее лицо у девушки не получилось — с царственной осанкой и в дорогом платье, украшенном кружевами и драгоценными камнями, разъяренной кошкой шипела на совсем молоденькую девчонку в грязном, местами основательно подранном платье:
— Ты никчемная маленькая дрянь! Даже силу матери не смогла удержать! И вот зачем ты мне сдалась?
— Может я и не стала ведьмой, — звонкий голос девушки разнесся по огромному помещению, отразился от каменных сводов и затерялся где-то под потолком. — Но я — леди Иншар! Дочь главы рода Иншар! Я — дарканская леди! — девушка сделала особое ударение на слове «дарканская».