- Моя церковь, джентльмены, - заговорил отец Смисби, - вероятно, придерживается более строгой доктрины, чем ваша, и все-таки я не думаю, чтобы моих единоверцев потрясло открытие, которое, по-видимому, так сильно поразило вас, - а именно тот факт, что грешники временами грешат. По-видимому, католическую веру трудно исповедовать, но с нею легче жить.
- Что касается моей организации, - произнес мистер Тиллиш, - то для нее дикая охота на ведьм неприемлема в той же мере, что и бездумная благотворительность. Ибо как бедняки, так и грешники… - он слегка присвистнул сквозь свои великолепные, хоть и фальшивые зубы и с ледяной снисходительностью продолжал: -…имеют полную возможность прочесть в "Науке и Здоровье" или услышать на всех наших собраниях одну непреложную истину: что и порок и бедность, так же как и болезни, суть вещи нереальные, ошибки, избавление от которых состоит в том, чтобы уяснить себе, что средоточие вселенной есть господь; что болезни, смерть, зло, порок есть отрицание милостивого и всемогущего бога - отрицание жизни. Если же эти, с позволения сказать страдальцы не приемлют истину, которую им предлагают, и в такой доступной форме, - что ж, прекрасно! Наша ли это вина? Я разделяю ваше сочувствие к этим несчастным, но вам не истребить невежество огнем.
- М-да, боюсь, что и я тоже пас, - лукаво усмехнулся рабби Амос. - Если уж вам так нужен раввин-крестоносец, завербуйте какого-нибудь хлыща-либерала из Цинциннатского колледжа, впрочем, все эти юнцы так горячо сочувствуют грешникам, что и от них вам будет мало проку! Во всяком случае, члены моей общины так ужасающе респектабельны, что если их раввин найдет себе еще какое-то занятие, кроме как сидеть у себя в кабинете с ученым видом, они тут же выкинут его вон.
- А я, - сказал доктор Виллис Форчун Тейт из епископальной церкви, - могу, с вашего позволения, рассматривать этот проект - выступление духовных лиц в роли полисменов и собственноручную расправу с преступниками - лишь как в высшей степени вульгарную и к тому же бессмысленную затею. Я понимаю ваши возвышенные идеалы, доктор Гентри…
- Мистер Гентри.
- …Мистер Гентри, и уважаю вас за них, я высоко ценю вашу энергию, но я покорнейше прошу вас учесть, как превратно все это будет истолковано и прессой и рядовыми мирянами, с их безнадежно обывательскими и отсталыми взглядами на вещи.
- Боюсь, что я вынужден согласиться с точкой зрения доктора Тейта, - молвил конгрегационалист, доктор Дж. Проспер Эдвардс с видом Памятника Пилигримам [177], вынужденного согласиться с точкой зрения Вестминстерского аббатства [178].
Что же касается остальных, то, заявив, что нужно "обдумать все на досуге", они с наивозможнейшей любезностью поспешили раскланяться и разойтись.
А Элмер вместе со своим другом и своей опорой, мистером Т. Дж. Риггом, направился к зубному врачу, в кабинете которого лицо, облеченное духовным званием, обречено на короткий срок стонать, и корчиться, и, булькая, полоскать рот, как любой нормальный человек.
- Ну и компания! - возмущался мистер Ригг. - Перепуганные пророки! Благородные образчики мороженого в трубочках! Не повезло, брат Элмер! Сочувствую! Крестовый поход против порока - идея что надо! Не думаю, конечно, что он хоть в малейшей степени повлияет на судьбы порока, да в этом, видимо, нет и необходимости. Надо же оставить беднягам, лишенным наших возможностей, хоть какую-то отдушину! Но к церкви это привлекло бы большое внимание. Я очень горд, что мы вновь поднимаем из руин нашу Уэллспрингскую старушку. Эта церковка, знаете, - моя слабость… А тут, понимаешь, эти духовные сосульки! Не поддержать такую идею! Возмутительно!
Он взглянул на Элмера и увидел, что тот посмеивается.
- Да я ничуть не огорчен, Т. Дж. Наоборот, здорово! Во-первых, я отпугнул их от этой темы. Пока они снова возьмутся бичевать порок, эта тема уж будет прочно запатентована нашей церковью. Во-вторых, у них теперь не хватит духу мне подражать, если я все же возьмусь за этот крестовый поход. А в-третьих, это дает мне возможность громить их с кафедры. И я ею воспользуюсь, будьте уверены! Ну, конечно, не называя имен, - пусть не думают, будто я вымещаю зло, - я просто расскажу своей пастве, как убеждал группу священников принять практические меры, чтобы покончить с развратом, и как эти священники струсили.
- Отлично! - одобрительно кивнул попечитель. - Мы им докажем, что Уэллспринг - единственная церковь, которая действительно следует заветам евангелия.
- Вот именно! Теперь слушайте, Т. Дж. Если вы, попечители, выделите мне на это средства, я думаю пригласить двух хороших частных сыщиков, и пусть они мне добудут точные адреса злачных мест - ведь есть же такие, наверно, - и кой-какие доказательства. Потом я накинусь на полицию за то, что она их не накрыла. Скажу: что ж, мол, вы смотрите, об этих притонах все знают, значит, и вы должны знать. Между прочим, наверное, так и есть… Что будет! Сенсация! Каждый воскресный вечер - новое разоблачение! И так целый месяц! Заставлю начальника полиции ответить нам на страницах печати!
