Итак, поездом 10.20 Элмер Гентри в самом радужном расположении духа отбыл в Монарк, город с почти трехсоттысячным населением. Он сидел в вагоне, обдумывая свою пасхальную проповедь. Хо-хо! Его первая проповедь в настоящем, большом городе! Неизвестно еще, какие возможности она перед ним откроет! Надо их угостить чем-то пламенным, захватывающим. А, ну - посмотрим… "Воскресение Христово" - не подойдет… Мимоходом, конечно, упомянуть не мешает, но в двух словах. Основной темой должно быть что-то другое. Что же?… Вера, Надежда, Раскаяние… Нет, с раскаянием надо поосторожней - этот церковный староста Эверсли - адвокат еще, чего доброго, обидится, если намекнуть, что ему, дескать, есть в чем покаяться. Да, так как же все-таки?… Мужество. Целомудрие. Любовь… О! Вот это то, что надо. Любовь!
И он начал быстро и прямо из головы набрасывать план проповеди на обратной стороне конверта.
"Любовь:
радуга
утр. веч. звезда
от колыбели до могилы
вдохновляет искусство и т. д. Музыка - голос любви. Пройтись насчет атеистов и пр., кот. не
умеют ценить любовь".
- Вы, случаем, не журналист, брат? - раздался рядом чей-то голос.
Элмер покосился на своего соседа - щуплого человечка с красным носом, красноречиво свидетельствующим о склонности к виски, и лучиками веселых морщинок в уголках глаз. Человечек был одет, пожалуй, даже щеголевато, и на нем был красный галстук, который в 1906 году все еще считалось приличным носить лишь социалистам да пьяницам.
Элмер сразу смекнул, как славно можно было бы провести время с таким вот малым, как этот. Скорее всего, коммивояжер. Что лучше: держаться с ним запросто или заговорить о спасении души и наблюдать, как он будет ежиться?… Черт возьми, он еще успеет наговориться на религиозные темы в Монарке! И с самой дружеской, простецкой улыбкой Элмер Гентри отозвался:
- Нет, не журналист - вроде того. Жарко-то как, а?
- Да, жарковато. Давно живете в Вавилоне?
- Нет, не очень.
- Славный городок. Деловой.
- Ого! И девочки тоже ничего!
Человечек захихикал:
- Ну да! Правда? Может, дадите адресок? Я сюда заезжаю каждый месяц, а юбчонку еще до сих пор не присмотрел. А городишко и вправду ничего. Деньжищ здесь куры не клюют.
- Да, сэр, уж это точно. Городок подходящий. Бойкий. Дельце можно обстряпать в два счета. И денег хватает.
- А, между прочим, говорят, - заметил человечек, - что в Вавилоне имеется и фабрика, где готовят священников - ну, вы знаете…
- Серьезно?
- Факт! И знаете что, брат, сейчас вы будете смеяться… Знаете, что я скачала решил? Сидит, вижу, в черном костюме и что-то строчит на бумаге! Не иначе, думаю, священник.
- А, - кхм…
Нет, это уж просто выше сил. Хватит с него! И так каждое воскресенье в Шенейме приходилось разыгрывать из себя праведника, а тут еще этот староста Бейнс поминутно задавал дурацкие вопросы: то о предопределении, то еще о какой-нибудь чепухе… Надо же когда-то и отдохнуть! К тому же такой свойский малый, как этот, и не плюнет в твою сторону, если признаться, что ты священник.
В поезде стояли лязг и грохот. Так что если даже какой петух по соседству и прокричал три раза, то Элмер так или иначе все равно не мог этого услышать.
- Ха, и придет же в голову! - громко ответил он, и на лице его изобразилась глубокая скорбь. - Этот черный костюм я надел в знак траура по очень близкому мне человеку.
- Ох, простите, брат, бога ради. Вечно скажешь не то…
- Ничего, ничего.
- Ну, тогда вашу руку, и я буду знать, что вы на меня не сердитесь.
- С удовольствием.
От человечка разило виски, и Элмер жадно вдыхал этот запах. Как давно у него не было во рту ни капли спиртного! Целых два месяца. Правда, послушная Лулу пару раз нацедила ему украдкой крепкого сидра из отцовского бочонка, а так - ни глотка!
- Так чем же вы занимаетесь, брат? - спросил человек.
- Я, знаете, по части обуви.
- О-о, это дело хорошее! Да, сэр, без обуви не обойдешься - есть деньги, нет - все едино. Ну, а меня зовут Эд Лоукуст… Подумать только: назвать ребенка Эдни! Представляете? Ничего себе, подходящее имечко для человека, который любит погулять в своей компании, любит повеселиться!… Ну, вы-то меня можете звать просто: Эд. Я коммивояжер фирмы Пикот. Продаем сельскохозяйственный инвентарь. Замечательная фирма! Отличные ребята! Да, сэр. На таких стоит работать! Да, сэр. Наш коммерческий директор - вы не поверите, перепьет кого хочешь из своих служащих, а уж мы насчет выпивки, будь уверен! Да, сэр, дурацкая это идея, с которой носятся сейчас несолидные фирмы: мол, что пьешь с клиентами, что нет - все одно, разницы нету… Вздор! Говорят, это все Форд болтает - ну, этот тип, что выпускает автомобили. Так вот, попомните мои слова: к тысяча девятьсот десятому году этот Форд прогорит, как миленький. Вот помяните мое слово! Да, брат. Вот компания Пикот - это другое дело. Это, понимаешь, фирма так фирма. И, между прочим, на той неделе у нас торговое совещание в Монарке.
- Да ну?
