– Им нельзя выходить из города. Они не могут покинуть его. Им запрещено. Великаны всегда охраняли то, что поклялись охранять. Если они уйдут, миру настанет конец. Вы, наверное, видели человека.
Ашанти был непреклонен, ему надоели споры.
– Там великан, вон в тех холмах, – сказал он. – А где есть один, там чаще всего и другие.
Вдруг на краю лагеря раздался крик. Воины подбежали к нам, указывая себе за спину.
Я увидел, как из косого ледяного дождя появляется фигура. Очень высокая и широкая. Моя голова едва достала бы ему до груди, но существо казалось втрое меньше, чем все те великаны, которых мне доводилось встречать раньше.
На нем было тяжелое черное пальто, покрытое подбитым мехом плащом. На голове – шляпа странной формы с парой перьев, поля ее были загнуты с трех сторон. Светлые волосы собраны в хвост и перевязаны черным бантом.
Я услышал, как за моей спиной выругался Клостергейм.
– Это и есть наш великан? – спросил я.
Ипкаптам покачал головой.
– Это не великан, – ответил он. – Человек.
Пришелец снял шляпу в знак своих мирных намерений.
– Добрый вечер, господа, – сказал он. – Меня зовут Лобковиц. Я путешествую в этих краях и, кажется, заблудился. Не позволите ли вы мне немного погреть свои кости у вашего костра?
Он навис над нами, почти такой же высокий, как наши хижины. В присутствии этого здоровяка я почувствовал себя десятилетним мальчишкой.
Клостергейм вышел вперед и поклонился:
– Добрый вечер, князь Лобковиц. Не ожидал встретить вас здесь.
– Причуды мультивселенной, мой дорогой капитан.
Широколицый добродушный аристократ внимательно разглядывал Клостергейма, а затем удивленно нахмурился.
– Простите, если покажусь вам грубым, – сказал он. – Я ошибаюсь, или вы в самом деле уменьшились в росте на фут или даже на два с тех пор, как мы виделись в последний раз?
Клостергейм и Лобковиц познакомились где-то в христианском мире. Друзьями они не были. Клостергейм с большой подозрительностью относился к каждому слову вновь прибывшего. Лобковиц хоть и вел себя вполне учтиво, тоже явно опасался Клостергейма. Гуннар заметил, что эти двое всегда будут противниками. Он считал, что люди разных национальностей и рас враждебны друг другу по определению.
Князь Лобковиц стоял, повернувшись спиной к огню; Гуннар спросил, что привело его в эту местность.
– Случайность, – ответил он. – У меня было совсем другое дело, но вы же знаете, как оно бывает, когда окажешься в узле, из которого отходят разные ветви великого древа времени. Путешествовать между мирами так гораздо проще, но и путаницы тоже хватает. Различия в масштабе, которые нельзя не заметить в других мирах, здесь не так значительны. Чем ближе к стыку миров, тем меньше мы разобщены. Мы делаем все возможное, но Равновесию требуется служить, так как оно, в конце концов, все определяет.
Исполин вел себя очень деликатно. Странно было видеть обходительного человека таких размеров.
Его стеснительность придала Гуннару Обреченному развязности. Он единственный среди нас забавлялся.
– Мои люди описали след вашей ноги. Судя по их словам, вы должны быть не менее десяти футов ростом, хотя должен признать, что таких высоких людей я еще не встречал. Вы даже больше легендарного Ангриса Франка. В тех местах, откуда вы пришли, все такого же роста?
– Более или менее, – ответил князь Лобковиц. От Гуннара не ускользнула ироничность его тона. Безликий шлем повернулся к огромному человеку; видимо, капитан с любопытством разглядывал его. Кажется, я тоже не понял шутки.
Ледяной дождь падал с неба, не превращаясь в снег. Ипкаптам решил, что для снегопада сейчас слишком тепло и это всего лишь обычный осенний шквал. Через пару дней снова потеплеет, как летом, уверял он. Такое и раньше много раз бывало.
Теперь, когда мы поняли, что Лобковиц и был нашим великаном, Ипкаптам немного расслабился. Мы решили, что отряд лучших воинов отправится вперед, а я приведу остальных членов племени. Князь Лобковиц, знавший эту местность не лучше меня, решил остаться с нами.
– По крайней мере, пока я не встречу своих!
Когда князь отошел по нужде, Гуннар по секрету поручил мне приглядывать за Лобковицем и убить его, если он будет действовать подозрительно.
