- Александр Литвиненко познакомился с Березовским еще в 1994 году, когда расследовал покушение на этого бизнесмена, а в ноябре 1999-го сыграл главную роль в скандале о якобы подготовке ФСБ к ликвидации Бориса Абрамовича. После пресс-конференции с разоблачениями Литвиненко стал помощником олигарха и фигурантом нескольких уголовных дел. В ноябре 2000 года подполковник таинственным образом сбежал в Великобританию, а в августе 2001-го в «Новой газете» были опубликованы фрагменты его книги «ФСБ взрывает Россию». Разоблачительные материалы Березовского о причастности спецслужб РФ к взрывам домов в Москве и Волгодонске осенью 1999 года — это те данные, на основании которых Литвиненко занимался литературным творчеством. Кроме того, он сотрудничал с английской и испанской разведками, зарабатывал тридцать сребренников. В 2006 году был отравлен полонием-210.
- Кто ж приказал его замочить? - заинтересовался пахан.
- Подозреваемых немало, два главных — Путин и Березовский... Правда станет известна, когда все фигуранты дела окажутся здесь.
- Харэ, я ведь не мент, чего мне чужие мокряки расследовать... Береза, пускай здесь корни! Давно не видались, хлебник — с тех пор как ты в Лондон ноги сделал.
Бочком в Индию вошла живая душа и в характерном для ее обладателя стиле быстро-быстро затрещала. Мысли намного опережали речь Бориса Абрамовича. Он говорил торопливо, мычал, не успевая подобрать нужные слова:
- Привет всем честным бродягам! Привет! Всем честным! Трехпалому — отдельный привет! Трехпалому! Уважение! Отдельное! Литвину в уши ссать себе не давайте — он засветился. Литвиненко засветился...
- Да уж видим!
- Не в том смысле! Не в том! Он — ломовой (сдавший зэков сотрудникам). Ломовой...
- А когда я в ФСБ и у тебя служил, ты меня корефаном называл! - обиделся радиоактивный светоч в темном царстве.
- Нет у меня корешей — одни поделы! Нет корешей! Поделы. Я — один на льдине (одиночка, не признающий никаких законов)! Один. И фраеров всегда прокатываю! Прокатываю...
- Честный Вы человек — честно в своих пороках признаетесь! - непонятно было, делает Фридрих упрек или комплимент.
- У меня о честных свое мнение: купить честного человека нельзя, а продать — можно! Тем и живу! Живу тем! Вот так...
- Даже если это неправда, это неплохо сказано! - признал великий мастер афоризмов.
Олигарх тем временем пугливо озирался по сторонам:
- Слышь, Борис Николаевич, как тут у тебя в гнезде (воровская малина) абвер (оперчасть) стойку держит? Оперчасть. Стойку держит. Наседок (осведомителей) много? Наседок...
- В аду кумовские только Сатане отчет дают!
- Не скажи! Не скажи! Вова Самбист, не к ночи будь помянут, и в пекле кого хошь достанет! Вован Питерский... Жуть... Харэ, я тут про денежное море услыхал... Океан лавэ...
- Искупаться в нем хочешь?
- Кто ж откажется! Никто не откажется. Дураков нет. Нет дураков. Кстати, не про сомалийское побережье речь? Там местные черножопые на бабки все торговые флоты мира поставили! Все страны отступные дают за каждый корабль, который ихняя морская братва захватывает! Отступные! За корабль! Есть тема: надо государства — членов ООН взять под крышу: пусть заранее платят, чтоб посудины на гоп-стоп не брали. Мир - под крышу! Но не красную, как Ленин со Сталиным сбацали, а нашу — черную... Криминальную крышу. Да, уголовную... Чур, я — посредник! Посредник... Как с чеченцами! А еще Госбанк хочу выставить! Госбанк! Грабануть кусок (получить долю) оттуда желаю! Кусман... И ваще на земле есть масса бобров и фраеров... Фраера, с которых можно слам нехилый взять: цеховики, фарца, спекулы, антиквары, бензоколонщики... Ушлые бобры с палеными бабками. Слам. Бобры. Зону они не топтали, но пытаются за людей канать! За настоящих людей! Типа нас... Типа нас...
- Грибоед (живущий за счет других) хренов! - рявкнул Лебедь.
- Ишь как заговорил! Заговорил... Втыкаешь (обвиняешь) мне! А как тихо себя вел, ожидая у меня приема! Как мышка... Тихо... Благостно... Словно весовой в сучьей будке (опытный зэк в камере-одиночке)!
...Присутствующие окунулись в одно из самых приятных воспоминаний олигарха. В доме приемов ЛогоВАЗа на Новокузнецкой перед кабинетом хозяина в углу сидел Александр Лебедь. Назначенное БАБом время аудиенции давно прошло, но секретарша все время повторяла, что Борис Абрамович вот-вот освободится. Березовский действительно был занят: стоял с обратной стороны двери и, глядя в замочную скважину, ловил кайф от зрелища того, как бравый вояка кипит от злости, но тем не менее терпеливо ждет встречи с ним...
- Терпеть таких, как ты, не могу! - заявил генерал.
- А я — таких, как ты! Ты... Как... И еще — воз (многих) других! Многих... Пришли — молодые, наглые, борзые, без понятия. Без понятия. Я полжизни зоны сначала Бровастого, потом Меченого, затем Трехпалого топтал... Топтал... Сроки волок... Никогда не гнулся, мне любая пересылка — дом родной. Дом родной! А они ко мне без уважения! Никакой уважухи!
