- А я, господин, тоже к тебе с челобитной пришел! - всполошился Иван IV. - Пошто дозволяешь холопу сиволапому Борьке сыну Ельцина величать себя царем?! Мало было Бориски Первого Годунова?! Так тот хоть боярского роду как и Петрушка Первый, а этот — мужик лапотный!
- Это про Петра Великого? - изумился Ельцин.
- Это для тебя он великий, пес смердячий!
- Ты, это, Грозный, кончай на меня орать! Я и сам фактически царем был — и страны посильнее твоей.
- Опять Бориска на царстве?! Да сколько можно!
- Да, России на владык с таким именем явно не везло, - согласился Дьявол. - Начинали с объявления, что служат народу, а кончали смутой и полной разрухой. Но ты, Ванька, все же успокойся! Никто Ельцина официально государем не признал, а в мечтах своих пусть хоть мной величается! Красиво воображать не запретишь!
- А помешать можно!
- Ты, Иван, чего против меня имеешь?! - возбух Борис Второй. - Что я такого сделал?
- В том-то и беда, что совсем ничего! «Праздность равносильна погребению заживо: ленивец так же бесполезен для целей Божества и людей, словно бы он мертв». Это я изрек почти за четыре века до твоего рождения - но будто про тебя!
- Хватит с Борькой препираться, Ванька! У тебя все?
- Нет! Пошто мне статуев на Руси, яко худородному Петрушке Романову, не поставили?! Нешто у меня заслуг перед тобой меньше, нежели у него?! Уж как я старался превзойти всех в окаянствах своих! А Петрушка просто повторил то, что творил я! Проигрывал я войн меньше, чем он. Прирастил державу тремя ханствами — Казанским, Сибирским да Астраханским. Полки иноземного боя ввел первым не Петрушка, а холоп мой Бориска Годунов! Я жен своих не только в монастыри отправлял, как он, но еще и казнил! А он чухонскую поб...ядушку императрицей сделал в умаление самодержавия. Людишек, он, правда, погубил куда более меня - за его правление каждый пятый на Руси сгинул. Он наследника своего по навету казнил, а я самолично во гневе царевича прибил до смерти! И еще больше ста своих незаконнорожденных детей я придушил сразу после их рождения: ублюдки неугодны Богу! А Петрушка своих бастардов дворянами делал! Дурной болезнью мы оба всех баб награждали, всех придворных и дворовых девок изрядно пое...ли! Пьянствовали оба люто! Так в чем же я ему уступаю?
- Петр Великий Русскую православную церковь обобрал и принизил, как никто другой! - покачал рогами Сатана. - Всепьянейшие соборы, самое изощренное глумление над христианством он, а не ты, придумал! Не ты, а именно он совсем отменил патриаршество, дал церковникам «Устав Святейшего синода»: «Вот вам патриарх! А, не нравится?!» И воткнул нож в столешницу: «Тогда вот вам булатный патриарх!» А как он священников и монахов в Тайной канцелярии пытал! Любо вспомнить!
- Эх, я не додумался! – закручинился Грозный. – Петрушка, как и Генрих VIII в Англии, церковь под себя подмял, как волк овцу, и стал ею править самолично! Но и я ж не лыком был шит! Мне митрополит Филипп слал свои подлые филькины грамоты (вот откуда фраза пошла, догадался Ницше) — а я его низложил и велел Малюте придушить! А монахов я в медвежьи шкуры зашивал и собакам и до смерти травил, когда же забава надоедала — топил!
- А с какой стати Вы, Ваше царское величество, так над своим народом издевались? - с огромным интересом и с полным одобрением вопросил Ницше.
- Некий немец, такой, как ты, «... по просьбе моей рассказал, что в странах иноземных считают меня тираном кровожадным. Я ответил ему, что ошибаются они, не ведая всего. Иностранные короли повелевают людьми, а я — скотами!... Аз есмь зверь — зверьми же и правлю!»
- Я от Иоанна Васильевича Четвертого, коего, невзирая на несправедливые поношения его, уважаю, отличался в первую очередь тем, что не считал себя умнее всех, не боялся у других знания перенимать! - выступил в свою защиту Петр. - «Я отдал бы пол-России тому, кто научил бы меня управлять оставшейся половиной». И еще я любил работать руками!
- Головы ты любил рубить руками и на дыбе подвешенных мучить! - ответствовал Грозный. - Как и я!
- Я еще и плотничал, и корабли строил, и пушки лил, и галеонами управлял!
- Не царское это дело!
- Молчите, щенки! - оборвал потомков Иван Третий. - Если бы не я, первый русский царь Иоанн Васильевич коего первым прозвали и Великим, и Грозным, то России вообще бы не было! Я объединил все удельные княжества в одну державу, утроив размеры Московского государства! От татарского ига избавился! Все войны выиграл! Боярство прищучил! Возвеличил веру христианскую. А меня мало того, что в ад упекли, так даже памятника ни единого мне не поставили! Идолища Петрушке, Ленину, Жукову по всей Руси стоят, Сталину — в Грузии, Чингисхану — в Монголии, Тимуру — в Узбекистане. Ведь кровопийцы — куда пуще меня! За что ж меня так?
- Ты тоже родичей кровных убивал ради сохранения власти своей... - пояснил Люцифер. - И расправы чинил! И пьянствовал! И блудил!
