- Я бы хотел кое-что добавить, - присоединился к беседе Шпеер. - «Я попытался узнать у Мильха, министра авиации, на какие средства тот позволяет себе вести такой роскошный образ жизни. Фельдмаршал рассказал, что совсем недавно по поручению близкого друга Геринга и не менее знаменитого, чем он, летчика-аса времен первой мировой войны Лерцера, ему доставили вагон с приобретенными в Италии, на «черном рынке», товарами. Предполагалось, что Мильх продаст на здешнем «черном рынке» дамские чулки, мыло и другие дефицитные предметы туалета. Прейскурант был составлен так, чтобы эта торговая операция не отразилась на ценах «черного рынка» Германии. Мильху пообещали солидную долю от прибыли, но он не поддался искушению, а приказал распределить товары среди сотрудников своего министерства. Как позднее выяснилось, содержимое многих других вагонов, пришедших из оккупированных нами стран, было все-таки продано. Провернувший эту сделку начальник интендантской службы министерства авиации Плагеман был вскоре переведен в непосредственное подчинение рейхсмаршала.
Я также на собственном опыте познал, как Геринг отмечал свои дни рождения. Каждый год накануне я получал извещение о том, что из полагавшихся мне как члену прусского государственного совета 6000 рейхсмарок весьма значительная часть израсходована на подарок рейхсмаршалу. Моего согласия никогда не спрашивали. Я рассказал об этом Мильху и в свою очередь узнал от него, что перед каждым днем рождения Геринга из резервного фонда министерства авиации выделялась крупная сумма и рейхсмаршал затем сам решал, какую картину на нее купить.
Мы оба прекрасно понимали, что эти деньги покрывают лишь небольшую часть огромных расходов Геринга».
- Поговорим лучше о российской коррупции, - прервал своего министра Гитлер. - В чем одна из ее причин? «Назначение лучших на высшие государственные посты – это труднейшая проблема, разрешить которую невозможно, не выявив источника ошибок.
Если взять республику, где весь народ выбирает главу государства, то с помощью денег, рекламы и тому подобных вещей на этот пост можно продвинуть просто шута горохового». Вроде Вас, герр Ельцин!
Кстати, скажу попутно об одной ошибке, кою допустили советские, а затем российские власти. Зачем они постоянно меняли титулование своих лидеров? Был царь. Потом – председатель Совета народных комиссаров. Затем – Генеральный секретарь ЦК КПСС. Теперь – президент. Безумие какое-то!
- Потому что менялась форма государственного правления, - отбрехнулся ЕБН.
- Чушь! Она по сути своей не изменилась: была монархия явная, стала – скрытая!
«Совершенно неправильно изменять наименование главы государства при сохранении соответствующей формы правления. Наряду с семейственностью в политической жизни величайшей ошибкой Наполеона было то, что у него не хватило вкуса сохранить за собой титул «первый консул» и он велел именовать себя «императором». Ведь именно титул «первый консул» дала генералу-республиканцу революция, которая потрясла мир, вознеся его над Директорией... и поставив во главе государства.
Отказавшись от этого титула и назвав себя «императором», он тем самым отверг и потерял прежних соратников – якобинцев – и оскорбил в лучших чувствах бесчисленное множество своих сторонников как в самой Франции, так и за ее пределами, которые видели в нем символ начатого Французской революцией духовного обновления. Достаточно представить себе – я привожу данный пример с целью наглядно продемонстрировать, к каким последствиям привел бы этот шаг, - какое воздействие на мюнхенцев и весь мир оказал бы неожиданный проезд меня, вдруг объявившего себя «кайзером», в золотой карете по улицам Мюнхена.
При этом Наполеон, проявив такое отсутствие вкуса, ничего не выиграл. Ибо монархические государства с давней традицией отказались признать этого выскочку...
Потрясение, вызванное в Европе принятием Наполеоном титула императора, лучше всего характеризует тот факт, что Бетховен разорвал партитуру посвященной Наполеону симфонии и принялся топтать ее обрывки ногами, восклицая: «Он не мировой дух, он всего лишь человек!»
Весь трагизм судьбы Наполеона заключается в том, что он так и не понял одной вещи: с титулом императора, пышным двором и придворным церемониалом он оказался в одном ряду с дегенератами и приобрел полную клетку обезьян. Я счел бы безумием, если бы мне предложили, к примеру, называться герцогом и встать на одну ступень с множеством полоумных носителей этого титула». Вы, кстати, тоже мечтали о царском троне, герр Ельцин!
- Тем не менее фюрером Вы не отказываетесь величаться, - и в эту бочку Ницше полез в качестве затычки. - И рейсхканцлером, и Верховным Главнокомандующим!
- Это должности, а не титулы или звания. Я остался ефрейтором, не назначил себя генералиссимусом, как Сталин или Франко. А фюрер... Да, это новый титул, но ведь и форма правления новая...
- Все же: чем Вы отличаетесь от кайзера? Только тем, что Ваша власть не ограничена даже парламентом?!
