Все павшие были обратно воскрешены, всё разрушенное было восстановлено, и вот теперь Йимир, выслушивая всё, что ему рассказали Сименторий и Олия, пребывал в глубоких думах. Враг силён, и что-то подсказывало ему, будто бы эта сила раскрылась лишь наполовину. А это значит, что стоит ожидать и третьего вторжения. Находясь во дворце, он с помощью связи финта наблюдал за тем, что делали эти захватчики, пытался искать аналоги их приёмов в известных ему сферах магии, однако понял, что враги используют какие-то другие методы, какую-то другую магию. Он пытался наблюдать за тем, какие сферы магии используют чародеи этой корпорации, но так и не смог понять, ведь видел множество раз, как они просто зачерпывают эфирные потоки всех цветов, всех подряд и материализуют из них свою магию. Даже чёрные латники, которые носят при себе техническое оружие, используют разные потоки эфира. Нажимая на курок (слово, которое Йимир узнал у Кселая), они заставляют свои оружия засосать определённое количество эфира внутрь себя, а, отпуская курок, они высвобождают магическую энергию в виде снаряда. Наверное, именно это имел в виду Паларатус, когда говорил о том, что чародеи оскверняют весь эфир, проводя его через свои тела. Вот, эти броненосцы проводят его не через свой дух, а через своё оружие. И, наверное, это нисколько не оскверняет магические потоки, так что ими таким образом можно пользоваться без зазрений совести. Йимир хотел запомнить ту мысль, чтобы как-нибудь поразмышлять над ней и провести какие-нибудь исследования и эксперименты, чтобы выяснить, оскверняется ли эфир, когда чародей проводит его через себя, чтобы материализовать свою магию. Предвкушая третье вторжение Анклава в Элунею, кольер решил подготовиться к этому как следует. Помимо того, чтобы организовать тренировки чародеев, он призвал Зандра, Лэн и нас с Кхилиамин, чтобы обсудить некоторые моменты. Сименторий постоянно отвлекался на мою гарпию, ведь теперь она стала привлекательной, и он получал некое удовольствие, рассматривая внешность нежити.
Ленгерады познавали магию наряду с сенонцами. Сименторий продолжал обучать мастерству призыва и управления молниями с помощью финта. Зандр и Йимир устанавливали магические ловушки на местах валирдации противника. Олия и Лэн возводили защитные чары над той местностью, где будут вестись боевые действия. Так-то было бы лучше окружить всю планету целиком чарами, которые будут оберегать её, однако на это пока что времени не было. Да и у Йимира в руках был Гурзурзер, который помогал ему ощущать всю Элунею, словно бы планета – его плоть. В общем, каждый был уверен, что третье вторжение противника будет отбито в два счёта. Осталось теперь дождаться этого самого времени и явить перед противником всю мощь чародеев Элунеи. Но и на этом приготовления не завершились. Валирдалы подсуетились и призвали из различных миров других чародеев, чтобы те помогли отстоять Элунею. Самым сильным аргументом была возможность одолеть Анклав. Так что мир магии наполнился чародеями всех мастей и направлений. И каждый, глядя на то, как многочисленно воинство защитников, был уверен в том, что победа будет одержана в любом случае. У Йимира иногда появлялась мысль, чтобы воспользоваться силой Орха и напитать ею чародеев, ведь он знал, что боевое безумие, которое даёт меч-топор Дракалеса, не только путает мысли противника, но и воодушевляет союзников, позволяя им воевать и биться с большой самоотдачей, что разумы всех, кто сражается за Элунею, будут изменены так, чтобы побеждать и отыскивать способны нанести наибольший вред противнику. Это было такое огромное искушение, что могло показаться, будто бы нет иного, более верного решения этой задачи. Но кольер настроился больше не прибегать к могуществу войны. Теперь, когда они тут, на Элунее, Йимир принял решение, что все проблемы они будут учиться решать сами, с помощью своих даров, не прибегая к поддержке союзников. Поэтому Орх так и остался не у дел, ожидая момента, когда же он сможет вернуться к своему истинному господина.
