А Йимир в этот миг мчался над всеми этими стихиями, чтобы достигнуть отца и спросить, что с ним происходит, почему он превращается в саткара. Зактарка гналась за ним, чтобы остановить его. Но этого не потребовалось, потому что без боя нет ярости, а без ярости сущность огненного отродья уменьшается. Он постепенно превращался в Йимира, обычного сенонца. Когда это произошло окончательно, он остановился и даже не стал поддерживать себя водной стихией, погрузившись в бушующее море. Волны набрасывались на него всё снова и снова, пытаясь поглотить и погрести под собой, однако чародей, научившийся жить в Октарисе, не будет бояться водной стихии, какой бы грозной она ни была. Зарра, которая только сейчас нагнала его с помощью своих пентаграмм-порталов, использовала символ для того, чтобы встать на него, как на ровной поверхности, и принялась высматривать его среди волн. Теперь, когда в нём не было сущности саткара, она потеряла его из виду. Обнаружить его смогла только тогда, когда Йимир сам решил выбираться из этой стихии. Она приблизилась к нему и подала руку. Тот принял её жест помощи, однако ж из воды поднялся с помощью собственных сил окта. Она стояла на своей пентаграмме, он – на поверхности воды. Пытаясь перекрикивать ураган, она спросила его:
- Он вышел из тебя?
Йимир сначала не понял, о чём она имела в виду. Но это сыграло ему только на руку, потому что одержимые обычно не помнят, что происходило, а потому она стала напоминать ему, а Йимир уже с первых слов понял, о чём она имела в виду. Но он решил не рассказывать ей о своей второй сущности и лишь ответил, что, получается, саткар покинул его тело, потому что Йимир очнулся в воде. А вода, как известно, изгоняет огненных тварей. Сам же про себя думал, что нужно как-то научиться обуздывать того, кто живёт внутри него, и не давать ему больше воли. Зарра принялась ругать этих странных сенонцев, будучи уверенной в том, что они привели с собой саткара, который и сделал одержимым Йимира. Но сын кольера остановил её причитания вопросами: А где все?» и «В порядке ли они?». Зактарка отвечала, что остальные находятся ещё там, в самом начале. Йимир помчался туда, чтобы убедиться, в порядке ли там всё у них. Зарра пожала плечами и продолжила двигаться к победе, чтобы пересечь это пространство и оказаться первой, кто окончит этот этап.
Но на этом стычки с неприятелями не закончились. В начале 19 хавора, когда состоялось тройное испытание землетрясением, пепелищем и ураганом с запретом на магию воды, противники явились вновь. И в этот раз они были гораздо более беспощадными. Их перемещения были настолько быстры, что даже обычный взор не поспевал за ними. А тот непрерывный град зенте, закта и финта, приправленный этой их загадочной силой, касался каждого. Особенно болезненно реагировал на это Сименторий. Наверное, потому что эта «кусающаяся» магия усугубляла его дефект, который, между прочим, касался и его разума. И, если сражения с этими четырьмя злили его не так сильно, то от осознания того, какие страдания причиняют эти чары Сименторию, Йимир сразу же почувствовал, как ярость вскипала в нём, и всё это было чревато очередным превращением в саткара. Он не мог этого допустить в этот раз, чтобы у огненной чародейки или у кого-нибудь ещё не зародились какие-то подозрения, ведь минувшим вечером Зарра не удержалась от того, чтобы рассказать, как Йимир был одержим. Сименторий даже подметил:
- Вот, теперь и ты познал, какого это, приютить саткара внутри себя.
