Итак, с рассветом 25 хавора Йимир решил поговорить со следующим хранителем. И он выбрал Ступа. Сумрачный октар смотрел сверху вниз на зентера, хотя их рост был одинаковым. Но в этом взгляде выражалось всё высокомерие дарга жизни. Йимир даже недоумевал, как они с Мораном могут быть братьями, когда один – приветливый, добрый и общительный, а другой – мрачный, надменный и молчаливый. Йимир почтительно поприветствовал синеглазого хранителя Октариса, так, как это принято среди водного народа, когда гость встречает исконного жителя подводных земель. Еле заметный кивок головы дарга показал, что тот принял его приветствие. И это немного ослабило хватку неуверенности, которую на себе испытал Йимир, так что слово за словом постепенно их разговор был начат. Талами думал, что встреча с хранителями – это своего рода испытание, что Ступ сейчас начнёт забрасывать его всяческими каверзными вопросами, будет обрисовывать ему ситуации, а Йимир должен находить из них самые рациональные выходы, станет просить продемонстрировать тот или иной приём водной магии. Однако здесь было всё иначе. Йимир стал задавать вопросы, касающиеся водной магии, а Ступ отвечал на них как можно короче. Йимир видел, что дарг идёт с ним на контакт, а потому стал задавать более глубокие вопросы, такие, какие он уже не мог сам понять. А хранитель Октариса ему объяснял всё это. И получилось так, что за эту половину хавора Йимир даже научился чему-то новому. После этого талами принялся интересоваться самим Ступом.
- Что ты хочешь узнать? - в тоне голоса собеседника не было слышно никаких изменений, так что нельзя было сказать, раздражает ли Ступа то, что Йимир пытается понять его, или же ему приятно, что к его персоне проявлен интерес, а он это скрывает. Но Йимир решил продолжать прощупывать почву, как он это делал, когда принялся расспрашивать его о водной стихии. И начал с его поприща:
- Ты назван даргом жизни. Что это означает?
- То, что я обладаю знаниями жизни, а также готов делиться ими.
- А со мной поделишься?
- Ты не соответствуешь моим критериям.
- А какие у тебя критерии?
- Мои знания открываются лишь тем, кто готов подчиниться мне, или тем, кто познал жизнь не так, как её познают большинство. Ты не подчинишься мне, потому что ты – раб Йора. А ещё ты не можешь познать жизнь как-то иначе, кроме того, как ты познаёшь её сейчас.
- Что ты имеешь в виду? Как можно познать жизнь иначе?
- Ты – сенонец. Строение твоего тела, большинство процессов твоего организма, образ твоего мышления – весь ты в большинстве своём похож на тех, кто обитает во всех мирах: люди, орки, гномы, сик’хайи, эльфы, ратарды, тоугвары, сили́мы, ха́йки, на́гримы, урга́нганы, ма́нки, ори́ллы, плюзани́ды, на́йзеры, шура́йи, ишра́йи, ваки́ты. Вы были образованы похожими друг на друга, потому что таков миропорядок. Вы – самая лучшая форма жизни для обитания в пространствах. Мне такие не нужны. Если бы ты был исключением, если бы ты, будучи сенонцем, в большинстве своём отличался от других тебе подобных, я бы разделил с тобой тайны жизни. Но нет. Ты как все. Эти два фактора мешают тебе познать жизнь так, как её понимаю я.
Йимир был удивлён такому ответу, а потому попросил привести примеры тех, кто удостоился чести познать тайны жизни. Ступ упомянул два народа. Первыми были его творения – даджу́рги. Как известно, дарги сотворили драконов. Однако Ступ поступил иначе – он образовал не драконов, а драконоподобных существ, иную форму жизни. Второй народ – кала́р-зи́ры. Огромные существа, чьего описания Йимир до конца так и не понял. Он лишь знал, что у них было три длинные ноги и один большой глаз, а также подозревал, что у них не было рук – в общем, совсем иная форма жизни, как Ступу и нравилось. Талами и хранитель ещё немного поговорили о разных народах, и чародей был неприятно удивлён, что большинство из них уже перестало существовать, что Йимир не сможет прикоснуться к другим формам жизни. Под конец их разговора, когда начали уже сгущаться сумерки, Йимир поинтересовался, что тот думает о смерти Симентория. Хранитель лишь пожал плечами, дескать, ну, умер, с кем не бывает. Зентер не мог согласиться с такой позицией, однако не посмел осуждать за это хранителя жизни. А в самом конце сенонец спросил, даёт ли Ступ своё одобрение на то, что Йимир достоин называться талами. И тот сказал, что да, во время 22 хаворов, которые он мог наблюдать за всеми претендентами, Йимир показал себя как способным октаром, знающим своё дело. Поблагодарив хранителя, он вернулся в помещения для отдыха. Подумать было о чём.
