Первое строение было отведено для практических тренировок. Здесь даже ветра дули как-то по-особенному. Начинающий финтар проследил за тем, как они перемещаются по этому пространству и заметил, что потоков было три. Один проникал меж двух колонн, пересекал весь зал, а после улетал отсюда с противоположной стороны. Второй проникал сюда рядом с тем местом, где проходил первый поток, нырял в соседний проём меж колонн, огибал колонну, возвращался, разворачивался и улетал в третий проём. И последний ветер строил целую паутину, так что проследить весь его путь было невозможно. Йимир только лишь заметил, где он начинается и где заканчивается. Насколько он понял, всё это нужно было для того, чтобы юные финтары учились управлять ветрами. Также Йимир видел на полу и потолке различные устройства непонятного назначения, но сомнений не возникало, что и они служили для покорения сил воздуха.
Второе строение представляло из себя библиотеку, где ученики могли прикоснуться к различным знаниям. Шкафы для книг были выполнены в том же виде, что и строения финтаров: горизонтальные перекладины, на которых стояли книги, поддерживались небольшими колоннами. Шкафов было всего два, и то они были не целиком забиты книгами. Всё это пространство было уставлено столами и скамьями, чтобы ученики могли спокойно присесть и почитать книги, а, возможно, просто пообщаться и обменяться приобретёнными знаниями.
Третье помещение было меньше предыдущих двух примерно в двое. И было оно пустым. Никаких устройств, никакой мебели и даже ветров тут не было. Просто платформа, колонны и крыша. На всякий случай Йимир прошёлся по этому помещению, предполагая, что здесь наложены чары незримости. Но, проходя мимо одной из колонн, сын кольера увидел финтара, который, сложив под собой ноги, сидел очень близко к колонне. К Йимиру он был повёрнут спиной, поэтому тот не мог видеть, что делает этот одиночка. Решив не тревожить покой чародея, будущий талами прошёл мимо него, однако его тихий голос привлёк внимание зенте-октара:
- Что-то ищешь?
- Нет, просто осматриваюсь.
Чуть помолчав, Йимир всё-таки спросил:
- А для чего это помещение?
- Для индивидуальных занятий. Если бы сейчас был тарэн, то ты понял бы, что чары, которыми оплетено это место, не пропускает сюда посторонние звуки, чтобы ученика ничего не отвлекало.
- Интересно. Спасибо.
Ещё немного помолчав, Йимир задал следующий вопрос:
- А почему ты со мной разговариваешь? Обычно финтары не так открыты для тех, кто не практикует их сферу магии.
- Никакие обычаи не могут затмить личность. Каждый сам выбирает, как ему жить. Я не стал придерживаться правила, что финтары не ведут дела с теми, кто не практикует их сферу магии.
Йимиру такой настрой пришёлся по нраву, и он ещё немного поговорил с этим Констаба́лем и узнал, что он, как и Йимир, стремится стать талами. Он уже прошёл закта’урин и окта’урин, а теперь вот пришёл на родину, чтобы набраться сил перед тем, как приступить к изучению противоположной стихии. Также Йимир удивился, узнав, что Констабаль, как и он, ориентируется не на силу магии, а на её далодичность. Собеседника в свою очередь удивило то, что гость Финтариса выбрал путь познания противоположной стихии, не изучив вторую соседнюю. Однако Йимир решил прервать с ним разговор, поняв, что оторвал Констабаля от очень важных дел. Ведь, сидя тут, он не просто любовался звёздным небом, но совершал особые преобразования в своей сущности, чтобы ещё лучше подготовиться к познанию зенте. Йимир хотел было спросить, что именно тот делает для этого, однако рамки приличия не позволили ему продолжить расспрос. Извинившись за то, что отвлёк его от столь важного дела, талами покинул это помещение.
