А почему, собственно, я заношу в список только тех, чьи имена встретил в «Хрониках»? Консерватизм мышления! Чем наши люди хуже? Камилл, например. Мда-а… И все? Ну, Горбовский… На Радуге не погиб, радиоволны больше года излучал. И вообще, приятный человек! Двое… Маловато. Сикорски… Нет, с ним лучше не связываться. Он вроде Бенедикта — помешан на безопасности Отечества. Да и не знаю я его.
Хлопает входная дверь. Вернулись мои родные и близкие. Паола шуршит целлофаном, разворачивая букет, Гилва извлекает прямо из воздуха вазу с водой. Мои бумаги отодвигаются, и ваза устанавливается в центре стола.
— Эй, э-эй! Поосторожнее! — стряхиваю с бумаг капли воды. Паола отбирает лист, читает, кладет на место. Минут пять девушки со смешками наблюдают, как я хмуро изучаю трещинки на потолке, порываюсь что-то написать, но бросаю авторучку.
— А я вчера мультфильм смотрела, — не выдерживает Паола. Зажимает двумя пальцами нос и гундосит: — Если чего-то не знаете, надо кого-то спросить.
— Кого?
— Меня спрашивать не надо, — гундосит Паола и смеется. Интересно, кого она цитировала? Но совет правильный. Оба совета. Особенно, второй. Достаю колоду, шарю глазами по книжным полкам, сдаю козыря сфинкса.
— Здравствуй, Самый-Шерстистый-Из-Пернатых.
— Приветствую тебя, Создатель-Тысячи-Бесполезных-Путей.
— Я подумал, что эта книга тебе понравится, — протягиваю ему толстый том толкового словаря под редакцией Ожегова. 70 тысяч слов и выражений.
— Ооо! Бесценный дар! Скажи слово, и я буду служить ковриком у твоего порога.
— И мучить загадками моих гостей? Нет уж! Та девушка уже связала голубые носки?
— Лана? Да. Но теперь она хочет получить маховое перо из моего крыла.
— Не соглашайся. Девушек много, на всех перьев не хватит.
— Спасибо. Интуитивно я тоже склонялся к такому решению, но не мог подкрепить его аргументацией. Не хочешь сыграть в загадки? Просто так, на интерес. Домашнее животное на букву "к"?
Вспоминаю, какой живностью я одарил бывших рабов.
— Полезное — конь, кот, кpолик, коза или корова. Вредное — клоп и крыса. Из птиц — курица и канаpейка!
— Поразительно! Я не думал, что ответ можно представить списком! Лана неделю изводила меня этой загадкой. Вэлл! Твоя очередь.
— Разве что для разминки. Отвечай не думая: чем отличается осел от ишака?
— Сдаюсь!
— Осел — это характер, а ишак — должность!
— Еще! — радуется сфинкс.
— Загадок у меня больше нет. Я просто хотел спросить, не проходил ли мимо тебя бессмертный? Я не в счет.
— Бессмертный???
— Ты что, никогда не слышал о бессмертных?
— Я знал их. Очень давно. Я был тогда молод, и мир выглядел совсем не так, как сейчас.
— Что ты о них знаешь?
— Их было тринадцать. Я слышал, они тоже смертны.
— Кто тебе это сказал?
— Камилл. Один из них.
— Камилл?! В белом шлеме?
— Нет.
— Расскажи!
— Он назвал меня киской и задал много непонятных загадок. Но я не могу их использовать, потому что ответы контекстнозависимы или ситуационно обусловленны.
— О чем вы с ним говорили?
— Он объяснил мне, что белое, укрывшее поле — это снег зимой, или туман летом. Простейший случай ситуационной зависимости.
— О, боже! Пушистик, что он еще говорил? Как его найти?!
— Говорил, что связаться с ним можно через Истинный Терминал.
— Спасибо, киска! — я разорвал контакт и гордо посмотрел на девушек.
— Дворкин тоже говорил об Истинном Терминале, — подсказала Паола.
— Глухо, Дан. Никто во Дворах Хаоса не знает, что такое Истинный Терминал. А у вас как?
— То же самое. Приятно только то, что Паола научилась пользоваться картами. Хотя, Бенедикт может со мной не согласиться.
— А с Дворкиным удалось связаться?
— Связаться-то удалось… Получил совет выпить море.
— Поясни?
— Он не в себе, Гилва. Сам это сознает. Говорит, что Истинный Терминал существует… Где-то. Что было ошибкой так крепко связывать память и Узор. Еще что-то насчет того, что не нужно было во всем следовать книжке. И много-много всякого бреда. При этом все время меняет форму и посмеивается.
— Я знаю, кто советовал выпить море, — гордо сообщает начитанная Паола. — Это из Эзопа.
— Ну и?
— Выпей море, не желай невозможного, нельзя объять необъятное, и так далее… Мол, этого нельзя сделать.
— Спасибо, родная.
— Но если отделить морскую воду от речной, дождевой и океанской…
— То море можно выпить?
— Не-а! Но можно пообещать. Пусть попробуют отделить!
— А что хотел этим сказать Дворкин?..
Скорбное молчание.
— Дан, какие советы он еще давал?
— Смотреть в оба глаза. Один глаз дает двумерную картину. Два — объем. Добавляется третье измерение, и это дает новое качество.
— Разумный совет, — соглашается Гилва.
— Чтоб дать такой совет, не нужно быть Дворкиным! — фыркает Паола. Тоже верно… Минут пять изучаем квадратики паркета.
— Дан, ты же внушал мне, что существует десяток способов найти нужную вещь в отражениях.
— Я не знаю, ЧТО я должен найти. Знаю название, но не знаю ни свойств, ни назначения.
— Спроси у своего компьютера.
— Я спрашивала, — говорит Паола. — Он не знает…
— Спроси у сфинкса, у Логруса, у Лабиринта!
— А это мысль! Спросим у Харона.
— Кто это?
— Лабиринт Корвина. Он себя так величает.
