Вызываю на экран список Посвященных двух высших рангов. Сортирую по рейтингу. В верхней строчке таблицы — я. Дворкина почему-то нет. Странно это. Ищу Паолу, по ее индексу нахожу ее текущие координаты, ввожу. Вот она передо мной, на экране. Забралась с ногами в кресло, читает книгу. Только страницы переворачивает. Долистала до конца, минуту неподвижно сидела, тупо глядя в стенку, потом с яростью запустила в эту стенку книгой. В глазах блестят слезы. Делаю наплыв, смотрю, что за книга. Хемингуэй. «Прощай, оружие» и «Фиеста». Бедный старик Хем! Я мог бы уйти в отражения и вернуть к жизни Катрин. Мог бы помочь Джейку Барнсу. Наверное, могу сделать это прямо отсюда, не сходя с места. Дам команду: Создать отражение по роману Хемингуэя «Прощай, оружие». Компьютеры просканируют роман, заведут файлы на героев. Включится в работу эмулирующая программа. Заполняя лакуны, проштудирует хроники и мемуары, энциклопедии и справочники, восстанавливая историческую и художественную правду. Потом я дам команду: Коррекция. Катрин осталась жива. И она останется жива.
Кто я в этом мире? Господь Бог? На фига мне это надо?
Остался вопрос: Кому понадобился этот мир? Но это чуть позднее. Сейчас тренируюсь им управлять. С чего бы начать?
Просматриваю статистику по файлам знакомых. Файл Гилвы удлинился совсем на чуть. К чему бы это?
Смотрю на текущие координаты Гилвы. Вызываю на экран это место. Полная темнота. Может, так нужно, а может, Гилва вляпалась в… Тс-с! Ученику на Всемогущего стыдно ругаться как матросу… Два матроса лежат как два матраса… Откуда это?
Мурлыкая про матросов и матрасы, записываю координаты на бумажку, потом меняю на координаты моего необитаемого острова с одинокой кокосовой пальмой.
Гилва вляпалась… Упакована в кандалы и цепи. На глазах — повязка. Разогреваю спикарт и сам перемещаюсь на остров.
— Гилва, извини пожалуйста, я тебе не помешал?
— У-вувуву-у-уву. — У нее, оказывается, еще кляп во рту. Это лишнее. Лишнее надо убрать.
— Нет, на этот раз не помешал, — сообщает Гилва. — Хотя, мог бы на несколько часов пораньше. Но все равно — спасибо.
Ага, если не помешал, значит кандалы тоже лишние. Чем я не скульптор? Скульпторы так всегда делают. Берут камень, и удаляют все лишнее. Вхожу сознанием в спикарт, заворачиваю Гилву в кокон из силовых линий и резко сдвигаю на пару метров. Цепи падают на песок. Гилва в костюме Евы — тоже. Мне не впервой раздевать девушек таким способом. Но впервые девушка довольна. И это радует.
Гилва жмурится от солнца, растирает руки-ноги. Тянет из воздуха и надевает темные очки с зеркальными стеклами в пол-лица. Сбрасываю одежду — до плавок — и ложусь на песок. Он теплый, ласковый.
— Что Паола делает?
— Читает. Хемингуэя. Прочитает книжку — и шарах в стену. А мне говорит — такой писатель! Такой писатель…
— Трудно было меня вытаскивать?
— Нет, совсем просто.
Гилва даже привстает с песка и удивленно оглядывается на меня.
— А что? Должно было быть трудно? — интересуюсь я.
— Лучшие колдуны. Лучшие охранные заклинания. Одни шарики Мондора чего стоят — ты о них в «Хрониках» читал.
— Я не знал. Не посмотрел. Я тебя через Истинный Терминал вытащил. А он крутой такой…
— Круче спикарта?
— Не сравнить.
— Значит, сбылась твоя заветная мечта.
— Нет. Терминал — это только путь к мечте.
— Как он хоть выглядит?
— Как обычный компьютерный терминал. Но может абсолютно все. Только многие вещи в сто раз легче руками сделать, чем через него. А если ошибешься — похороны за свой счет. По пятой категории.
— Это как?
— Это когда венки несет сам покойный.
— Типун тебе на язык, — Гилва переворачивается на спину, мечтательно смотрит в голубое небо. По усталому лицу бродит идиотская улыбка. Точь-в-точь как по моему. Изо всех сил делаем вид, будто ничего не произошло. Будто только вчера последний раз виделись. Из души уходит боль утраты. Вновь становлюсь самим собой.
— А можешь в мое узилище записку отправить?
— Почему — нет? Я координаты записал. Вдруг ты назад захочешь.
Опять улыбаемся, вспоминая подземелья Бенедикта. Гилва уже достала из воздуха маленький столик, строчит записку. Посмотрела на пальму, на меня, скомкала лист, начала новую.
— Переправь это и цепи назад.
— Прочитать можно?
— Читай.
Читаю. «Милые ребята! Простите, что вынуждена пропустить церемонию, но Учителю очень не нравится, когда я кого-то убиваю. А без этого, боюсь, не обошлось бы. Не обижайтесь на меня. Если что — ищите по картам. Ваша Гилва».
— Что за Учитель и что за церемония? — лениво спрашиваю я, материализуя перед собой Терминал и переправляя цепи и записку в темноту тюремной камеры.
— Учитель — ты, а церемония — мои похороны.
— А-а… ЧТО???
— Через четверть часа по местному. Хочешь — посмотрим.
Подстраиваю Терминал, и смотрим документальный фильм «Побег из замка Иф». Легкая паника по поводу исчезновения заключенной пресекается на корню заявлением лорда Лоборхеса, что местонахождение Гилвы не имеет значения. Заклятие с нее не снято. А срок подходит…
