Я не расстроился, даже скорее обрадовался, облучил их сонником, убрал баркас в щель, а Настя уже на дороге ждала, мы обошли солдат и собрали всё ценное. Вот только в щель я убрать ничего не могу, а полное, там место только для баркаса оставалось. Ну накачалось кило тридцать, и что? Всё не уберёшь, а тут станковый пулемёт вроде «Максима», но это немецкий «МГ-08», на треноге, и ручник «МГ-13», патронов изрядно. Поэтому я скинул НЗ, полтонны воды, тогда всё ушло. Всё оружие, а мы и наручные часы снимали, часть снаряжения. Даже маскировочную сеть скатали и убрали. Хорошая засада, со стороны невидно, что тут кто-то есть. После этого прошли к порталу, разделись, я открыл портал, и мы просто сделали шаг на ту сторону, рухнув в воду, надеюсь нас ждут, всё же не было одиннадцать дней. Впрочем, я обговаривал возможность нашей задержки, главное, чтобы не голодали. Течение у речки было, не сильное, но заметно сносило нас. Выбравшись на берег, я отдал одежду, мы оделись, и двинули в сторону лагеря. К счастью там порядок, а то девчата какие только ужасы не придумывали, от того что их нашли, и вернули в поселение, до того что на них другие беглые вышли и ограбили, а то и что хуже. Нет, лагерь разбит, навес, лежанка из лапника. Все спят.
У костра ещё угли тлели, явно недавно уснули. Для нас как день, с амулетами ночного зрения, мы аккуратно разбудили Артёма и Настю, те обрадовались, быстро собрались, и мы отошли, чтобы малых не разбудить, и пока Настя описывала, что и как было, я достал баркас, поднялся на борт, и улетел. Никого с собой не брал. А полетел к поселению, забрать обеих мам. Помощники не нужны. Так что Настя, как закончит рассказ, ляжет спать с остальными, а утром я уже буду на месте. Да, не сплю какой день, но я снимал проблему магией. Потом высплюсь, а пока времени нет. Амулет охраны лагеря был всего один, но его оставили с Лиз, на охране стоянки шелха, там отпугиватель, прогонит тех, кто по лесу будет бродить. Жаль в лавке в продаже всего один такой амулет был, иначе с Настей бы оставил. Вот так я и летел, ориентируясь по железной дороге. От неё ветка уходила к нужному поселению, главное не пропустить. Меньше часа и вот оно поселение, совершил посадку на окраине, убрал баркас и побежал к строениям. Какое из них больница, нашёл быстро, поиск по ауре показал где лежит Анна Васильевна. Жива, и это хорошо. Схожесть с аурой Дарьи заметна, так что это точно она. Я незаметно проник в больницу и зашёл в палату, усыпил пять других женщин, все шесть коек в палате заняты были, и пробудил Анну Васильевну:
— Тихо, это я Тимур. Мы вернулись.
Та сначала обнимать начала, плача, потом ничего, накормил её плотно, объясняя, что это для лечения нужно, потом восстановил все повреждения. Точнее убрал их. Та чуть похудела, но теперь полностью здорова. Омолаживать вот пока не стал, это терпит. Снова поела, и мы собрались, я даже помог ей, поливал снаружи из ведра, та очень помыться хотела. Это да, запах больного человека от неё шёл. А вот Смирновой старшей тут не было. Её держат под запором в бараке, выпуская утром. Ничего, и её освободили. Дальше покинули поселение, я достал баркас, помогал подняться на борт, и пока те устало поводя боками сидели на палубе, тяжело дыша, поднял шелх, и расстрелял фаерболами все строения, многие из которых покидали жители. Кроме здания больницы, её не тронул.
— Зачем? — спросила Аннан Васильевна, видя пожары внизу.
— Мстить нужно всегда.
После этого развернув баркас, найдя нужный поток, поднялся к нему, там поднял паруса, и мы полетели к лагерю у портала. Снова меньше часа и мы на месте. А тут не спали, Дарья, Артём и Настя сидели у костра, ждали меня. Всего четыре часа отсутствовал. Наши мамы мигом по верёвочной лестнице слетели, и пока они со слезами обнимались, малых разбудив, я тоже спустился и убрал баркас. Подойдя к Артёму, сказал:
— Пока темно, перейдём в тот мир, я вас к Лиз перевезу, чтобы все вместе были. А потом и вашего отца можно будет отправиться выручать. С собой возьму Настю.
