Ребята с факультета будущих колдомедиков и магозоолоогов, большая их часть, были очень милыми и заботливыми. Иногда Аника даже проводила аналогию с Хаффлпаффом, но быстро отгоняла от себя эти мысли — все же она безмерно скучала по Хогвартсу. По Ади, Александру, Брэндону и Максу, по Драко и Панси, по Слизерину в целом, даже, что ее удивляло, по профессорам и урокам — по всем и всему, что ей пришлось оставить. Да, здесь у неё тоже появилась своя компания, но Сэми, Дино, Рэйчел и Мими никогда не заменят Анике ее мальчиков. И уж, конечно, никто и никогда не заменит ей Ади.
Аника судорожно выдыхает, заставляя себя перестать думать об этом, а Дино не спрашивает — ему и без того все понятно.
— Вообще, должен был. Кулон определил меня на Суан, — отвечает он на заданный девушкой вопрос.- Но отец настоял на Метризе.
— Идиот, — вырывается у Аники прежде, чем она понимает, что, кому и о ком сказала.
Но Дино только улыбается.
— Есть немного.
За день до отправления на каникулы в Шармбатоне устраивают бал. Разумеется, он ни капельки не похож на те, что были в Хогвартсе — все помпезно, изящно, роскошно. Целый вечер играет оркестр, студенты в потрясающих нарядах показывают, чему они научились на уроках танцев, а чопорные официанты разносят бокалы с шампанским и легкие закуски. Настоящий бал, как те, которые периодически устраивались в высшем волшебном обществе. Он бы вызывал у Аники гораздо больше энтузиазма, если бы был хоть немного похож на Святочный бал, который проходил в Хогвартсе на ее четвёртом году обучения. Разумеется, это касалось исключительно компании.
— Ну, не грусти ты так, — улыбается Мими, закалывая очередной локон в причёске подруги. — Сегодня ведь почти Рождество.
А Аника не чувствует никакого желания идти. Но отказаться не может — Дино ведь пригласил ее. Исключительно как подругу, разумеется, но все же она обещала.
— Ади бы не хотел, чтобы ты расстраивалась, милая, — Рэйчел обнимает слизеринку со спины, не обращая никакого внимания на шипение Мими о незаконченной прическе.
А после переглядывается брюнеткой
с таким видом, будто они обе знают чуть больше, чем говорят. Но Аника не обращает на это никакого внимания, разглядывая своё отражение в зеркале. Ей нравится, просто безмерно нравится то, что она видит, но… Как бы ей сейчас хотелось, чтобы это могли увидеть и ее мальчики. Аника не могла сказать, что Шармбатон сильно ее изменил, и все же что-то в ней стало совершенно другим. А может, ей просто кажется…
Но в любом случае, она не позволяет себе более грустить. Рэйчел права — ни Ади, ни Александр, ни Макс, ни Брэндон не хотели бы, чтобы она расстраивалась.
А потому, когда ее коронуют, как королеву бала — ещё одна традиция Шармбатона, которая очень понравилась Анике, — она держит спину так ровно, а голову — так высоко, что ни у кого не возникает даже мысли уличить ее в унынии. И улыбается. Истинная королева.
И только Сэми с его способностями к эмпатии девушке обмануть не удаётся. Как хорошо, что на танцевальной площадке никому нет дела до их разговоров…
— Идём, я знаю, чем тебя порадовать, — заговорщицки улыбается Сэми, а после, едва музыка заканчивается, вся компания выходит из зала.
И Аника просто умирает от любопытства, даже забывая о своём плохом настроении.
— Готова к сюрпризу? — улыбается Дино, когда они подходят к двери в крытую оранжерею.
А после распахивает ее, и…
На какое-то мгновение девушке кажется, что это сон — прекрасный и волшебный. Потому что этого не может быть на самом деле, просто не может. И только когда Ади, Александр, Брэндон и Макс сжимают ее в объятиях, девушка осознаёт реальность происходящего. И сдержать слёзы, когда она видит своих самых дорогих людей, у неё не получается, но это и не важно сейчас. Они здесь. Они рядом с ней. Какое значение имеет макияж, если ее самое главное рождественское желание исполнилось?
Конечно, Аника представляет гриффиндорцев своим друзьям из Шармбатона, которых в этот момент ей хочется расцеловать за такой подарок. А после ученики французской академии тактично удаляются, оставляя девушку в компании возлюбленного и лучших друзей. И разговоры не смолкают ни на минуту. И каждый раз сердце Аники сжимается, когда Александр называет ее «лилла каттен», Брэндон — «лапулей», а Макс — «героем», но сильнее всего — когда из уст Ади она слышит «моя принцесса». До этого момента она, наверное, и не осознавала, как она скучала по этому и как сильно успела к этому привыкнуть.
Ночь Аника проводит в мужском общежитии, в комнате, которую выделили ее мальчикам.
А уже на следующее утро они все впятером направляются к карете, которая доставит их в особняк родителей Аники — вернее, к месту, где их встретят. И, ах, как бы девушке хотелось, чтобы эти каникулы длились вечно…
