Надоела размеренная жизнь дома? Захотелось новых впечатлений? Путешествие в неизвестность не бывает без неожиданностей, причем отнюдь не приятных. Так что если рискнул, принимай их, как должное. Тем более, боевой маг востребован лишь там, где назревают очень большие неприятности. Поэтому шанс попасть туда, где все будет спокойно и размерено, даже не нулевой, а где-то в районе отрицательных чисел. Стоит ли удивляться, что работать приходится сутками, смерть постоянно кружит рядом, а дворцовые интриги и условности уже стоят поперек горла. Никто ведь и не обещал, что будет легко, верно?
Услышав звук открывающейся двери, Вела подняла голову. Судя по сияющему виду мужа… Она вздохнула:
— Добился своего?
Жорот кивнул, улыбаясь.
— Инициация Карты послезавтра.
— Значит, вечеринка через два дня. Так?
— Скорей всего, — он мягко обнял Велу, коснулся губами ее виска.
Она раздраженно высвободилась и, передернув плечами, вышла из кабинета.
Жорот, рассеяно присев на край стола, задумался. Его решение покинуть Клан автоматически означало развод с Велой.
Они прекрасно подходили друг другу — и внешне, и характерами. Когда Жорот с Велой появлялись где-нибудь вместе, их обязательно провожали взглядами — высокий мужчина с тяжелыми чертами лица, в черной мантии, длинными темными волосами, собранными в хвост, и изящная женщина, походящая на эльфа в своих воздушных одеждах, с рассыпанными по плечам локонами цвета спелой пшеницы. Когда же колдунья переходила в мужскую ипостась, она с сожалением расставалась с полупрозрачными платьями, переходя на эффектные брючные костюмы. Как-то Вела призналась Жороту, что единственное, что ее не устраивает в мужской фазе — невозможность носить любимые наряды.
По характерам соотношение было приблизительно таким же — невозмутимо-спокойный, основательный Жорот уравновешивал резкость и порывистость Велы. Когда требовалось принять решение мгновенно — интуитивно, а не логически — Вела брала инициативу в свои руки. Жорот же никогда не спешил с выводами, но если приходил к каким-либо, сдвинуть его было нереально.
Их отношения длились больше века и никто не имел причин для недовольства. До тех пор, пока он не сообщил ей о том, что собирается добиваться статуса «выездного».
Вела сначала подумала, что он шутит. Когда же поняла, что Жорот серьезен, решительно высказалась, что не собирается иметь ничего общего с этой авантюрой.
— Я тебя не понимаю. Тут у тебя перспектива профессионального роста. И условия, чтобы реализовать свои способности по максимуму, не озабочиваясь личной безопасностью или необходимостью выживания. А кем ты будешь снаружи? Еще одним сомнительным фокусником?
— Видишь ли… Тут я ощущаю себя тепличным растением. Считаешь, что отсутствие внешних раздражителей способствует профессиональному продвижению? Сильно сомневаюсь. Начинаешь всерьез заниматься чем-либо именно тогда, когда осознаешь ограниченность времени…
— И другие препятствия, — язвительно закончила Вела. — Дело твое. Что ты хочешь от меня? Или соблаговолил поставить меня в известность только из вежливости?
Жорот спокойно взглянул на женщину:
— Мы в официальном браке, не забывай.
— Надеюсь, это не значит, что я обязана поддерживать твое сумасшествие?
— Хотя бы не мешай.
Женщина задумалась — сообразив, что он хотел сказать.
— Ага. Если я буду протестовать, тебе почти наверняка не дадут «добро» на выезд?
— И я уеду просто так, — кивнул колдун.
Вела знала мужа. Поставив перед собой цель, он всегда шел до конца. Ей нравилась эта его черта, хотя Вела осознавала, что в один прекрасный момент его упертость может обернуться против нее. Что ж. «Предупрежден — значит вооружен». Жорот был хорошим мужем, но все кончается… Иначе ничего не могло бы начинаться, не так ли?
— Если я соглашусь «держать» твою Карту, этого будет достаточно?
Картой назывался «живой» отпечаток личности уезжающего, который принимал на себя маг, остающийся в Клане. В случае смерти «отпускника» к магу, держащему Карту, приходил посмертный отпечаток, обладающей всей информацией, которую имел отпускник на момент смерти. С помощью этой информации выяснялась причина смерти, и ее виновник, если таковой имелся, карался специальной Службой Клана — иногда по официальным каналам, а чаще виновника находили мертвым. Причем рядом с трупом Служба Клана всегда оставляла знак, объясняющий, за что убит этот человек. Обычно в таких случаях в Службу Клана слали запрос и, при официальном подтверждении причины мести, прекращали дело. Поскольку убитый сам дурак, нечего было с Клановцами связываться…
Жорот спокойно кивнул:
— Более чем.
Он предугадывал подобный ее поступок и даже рассчитывал на него. И одновременно отдавал себе отчет, что Вела не будет в восторге от происшедшего… Так оно и оказалось.
Но, несмотря на это, женщина подтвердила перед комиссией свою готовность «держать» Карту мужа. За два с лишним месяца Жорот ухитрился подготовить все бумаги. Хотя его до сих пор не покидали сомнения, стоил ли результат таких усилий. Впрочем, это он сможет определить только лет через восемьдесят…
Утром в назначенное время Вела пришла в кабинет к мужу. Перед тем, как запустить портал к Мастеру Карт, она вдруг с лукавой улыбкой обняла Жорота.
— Зря ты ко мне ночью не зашел…
— Я думал, ты не в настроении, — удивленно отозвался тот.
— Ничего, зато сегодня… — мечтательно пробормотала Вела. — Карта сильно продвинет меня по циклу. Так что провожать тебя будет уже Вел.
Новость Жороту понравилась. Он охотнее имел дело с мужской ипостасью Велы… Соответственно своим предпочтениям.
Проводы удались на славу. Но все это сейчас осталось где-то далеко, в привычном мире Клана.
