– Сердце. Может, это и поправимо – она человек, в общем‑то, здоровый. Но не знаю, не знаю. Чем бы это состояние ни вызвано, убеди ее в ближайшее время быть поаккуратней.
– Постараюсь. Спасибо.
– Не за что. Я вас жду в гости!
– Лучше сам приезжай.
– Все возможно, возможно даже, мне от вас что‑то понадобится. До свидания, счастливо. – Хэлот выскочил в люк, уже готовый для задраивания, махнув на прощание рукой. Жорот вернулся в каюту Арики.
Она лежала, задумчиво перебирая складки простыни. Подняла глаза:
– И что? Жить буду?
– Если в очередной раз не решишь что‑нибудь сжечь.
Арика пожала плечами.
– С моей точки зрения, дело того стоило.
Жорот покачал головой, тихо сказал:
– Ни гордость, ни честь не стоят жизни. Хотя бы потому, что только живой может мстить.
– В этом наши мнения не совпадают. Вопрос можно?
– Я слушаю, – колдун присел на край кровати.
– У меня кое‑что не складывается. Такие, как Банш… в общем, по всем правилам тебя должны были избить, а меня изнасиловать. Для комплекта. Но про меня словно забыли. Почему‑то. Вряд ли это случайность. Или я ошибаюсь?
– Что ж. Я действительно переключил их внимание на себя.
– Ты умеешь воздействовать на сознание? – напряглась Арика.
– Не совсем.
– Извини, конечно, но как тогда?..
Жорот неохотно ответил:
– Предположим, один объект в тумане, а второй – на солнце. На каком концентрируется внимание?
– На том, что в тумане, конечно. Чтобы разглядеть получше.
Жорот поднял брови:
– Я, наверное, выбрал неудачный пример.
– Ты, наверное, не хочешь отвечать. Ну и пожалуйста, – несмотря на беспечность тона, Арика надулась.
– Ладно, – он чуть усмехнулся. – Бить не будешь?
– Смотря за что, – женщина, внешне стараясь казаться беспечной, насторожилась.
– Я действительно использовал принцип «тумана». Но в дополнение – представь, что объект в тумане настолько неприятен, что стараешься не обращать на него внимания.
Арика несколько секунд соображала, потом с облегчением рассмеялась, с трудом сдержав кашель:
– Представляю, какой они меня увидели. Или изменять даже сильно не пришлось, а?
– Я не рискнул изменять сильно – Банш мог бы почуять неладное. К счастью, при первой вашей встрече ты выглядела достаточно плохо, а я сделал так, словно все эти дни ты не поправлялась, а наоборот.
– И они увидели меня такой, как я сейчас?
– Приблизительно.
– То есть ты добавил еще что‑то?
– Пару штрихов, с моей точки зрения, уместных.
– Хитрый. А за что бить‑то?
Жорот опять поднял брови и заметил:
– Женщины стараются выглядеть хорошо вне зависимости от обстоятельств. И даже вопреки им.
Арика недоверчиво вгляделась в колдуна, и, убедившись, что он не шутит, подумала: «Ну и с‑стервы же тебе попадались, дружочек.», а сама тем временем пожала плечами, изображая легкое смущение:
– Не знаю. По мне так хоть в кикимору, лишь бы… гм. Ладно. Замнем, для ясности.
Несмотря на мысленное ёрничество, она чувствовала себя неуютно. «Меня защитил, а сам поимел неприятностей на полную катушку»
Жорот, словно угадав ее мысли, неохотно добавил:
– Собственно, я делал все это именно потому, что насилие над тобой было слишком вероятным. Мне и в голову не пришло, что они спроецируют эту идею на меня. Думал, побьют и успокоятся, – он пожал плечами, – честное слово, ограничься дело этим, я бы их не тронул.
– Возможно, Банш так и рассчитал, – протянула Арика.
– В смысле?
– Что тебя можно подтолкнуть к решительным действиям только изнасилованием. Тебя или меня – все равно. Ты мстишь, а он обвиняет тебя с помощью пленки, заблаговременно переданной в полицию, – Она зашлась кашлем, с трудом перевела дыхание и просипела. – Воды дай.
Жорот, встав, наполнил стакан водой из крана и напоил Арику, надо сказать, достаточно умело.
– Отложим разговор, пока не придешь в себя, – предложил он, ставя стакан обратно на столик.
Женщина покачала головой:
– Мне кажется, это важно. Очень.
Ее прервал стук в дверь. Стюард, появившийся на пороге, профессионально‑вежливо сказал:
– Старт через несколько минут. Всем пассажирам необходимо занять противоперегрузочные ложа.
– Да, конечно, – кивнул Жорот. – В этой каюте где‑то должно быть запасное откидывающееся ложе. Не подскажете, где?
Стюард нахмурился:
– По правилам во время старта каждый пассажир должен находиться в своей каюте.
– В таком случае, будьте добры, прислать сюда врача, так как госпожа очень ослаблена и при стартовых перегрузках возможна непредвиденная ситуация. Врач, надеюсь, на корабле имеется?
– Да, но, – Стюард выглядел озабоченным. Затем осторожно заметил: – Вы должны были сообщить о болезни госпожи перед посадкой. По правилам больные пассажиры на борт не берутся!
