Восстановить душевное равновесие удалось к вечеру. Девушка могла гордиться собой, поскольку ни один мускул на ее лице не дрогнул, когда через центральную дверь в ресторан вошла гармоничная пара — Марсель с Нелли.
— Здравствуйте, — произнесла она вежливо, улыбаясь спутнице мужчины, — добро пожаловать, я провожу к столу.
— Привет, дорогая, рада тебя видеть! — и звучит искренне, даже не придраться. — Не знала, что ты работаешь здесь…
Растерянность на ее лице была компенсирована улыбкой, на которую Эмили не могла не ответить.
— Чуть больше месяца.
Пропустив будущую госпожу Бавеянц вперед, она прошла следом, а замыкал шествие сам младший Бавеянц.
И спину прожигало от его присутствия. Что-то нехорошее витало в воздухе. И по тому, как он демонстративно не смотрел в ее сторону, девушка поняла, что недавний инцидент далеко не исчерпан. Как будто, чем больше ей хотелось уладить конфликт, тем сильнее у него были причины этот самый конфликт усугубить.
Или же…у нее развивается паранойя на фоне стресса и недосыпа.
Вернувшись на свое рабочее место и натянув дежурную улыбку, Эмили продолжила выполнять свои обязанности, запретив себе обращать внимание на их пару. Смена прошла без происшествий, но усталость брала верх, поэтому ближе к полуночи она мечтала сбросить туфли, нырнув в удобные кроссовки, и добраться до своей постели. Что и начала воплощать, как только ушли последние клиенты.
— Я еду домой, поехали? — послышалось в дверях служебного помещения.
Девушка вздрогнула, чуть не выронив сумку.
— У тебя привычка, что ли, подкрадываться незаметно? — пробубнила недовольно. — Я с тобой никуда не поеду.
На языке вертелась тысяча язвительных замечаний, и сдержаться было чертовски трудно. Но она смогла. Адекват — не его формат. Что за американские горки в поведении? То есть, ты, деточка, наркоманка и шлюхастая малолетка не в моем вкусе, но давай позабочусь о твоем удобстве? Так, что ли?..
Эмили прошла мимо и, прощаясь с ребятами, вышла к поджидавшему такси. Через пятнадцать минут она уже поднималась на седьмой этаж по ступенькам, приходя в негодование от тяжелых шагов сзади. Сосед, мать его, действовал синхронно. И это не могло не бить по нервам.
Наверное, она еще никогда не открывала дверь с такой молниеносностью. Как истеричка защелкивая все замки. Сил ни на что не было. Даже на вожделенный душ.
Забыться. Не думать. Не анализировать. Хватит.
Выпив снотворное, Эмили скинула с себя все вещи и сокрушенно рухнула на постель.
«И все же…глаза у него потрясающие», — была последняя мысль.
* * *
«Блаженны изгнанные за правду…». *
Эмили понятия не имела, откуда эта строчка всплыла в памяти, но она была как нельзя кстати. Стоило один раз заикнуться о том, что готова даже на оскорбительное подтверждение своей «чистоты», Марсель…избавил ее от дальнейших пыток. Вычеркнул из своей обыденности, перестав замечать девушку. Будто специально появлялся в ресторане в ее отсутствие, чтобы не пересекаться.
И снова ей зажилось, как прежде. Без какого-либо удушающего контроля. Весь последующий месяц она трудилась и восстанавливала душевное равновесие. Получалось неплохо. А несколько дней назад позвонил отец… Разблокировал счет, захотел увидеться. Эмили весьма сухо пообещала зайти к нему, когда выдастся окошко. То есть, врала безбожно, ибо не собиралась к нему идти от слова совсем. Если он в строгого папу наигрался, то она — только начинала вживаться в роль неблагодарной дочери, вставшей на путь самостоятельности. Правда, в тот же день снова перечислила друзьям немного денег, дабы и реакцию родительскую проверить, и молодоженам помочь, что не получалось все это время. И собиралась повторить содеянное в скором будущем…
— Мось, застегни, — Ира встает перед ней, демонстрируя ультра мини-платье.
— Что же вы все приклеились к этой Аминовской «моське», задолбали, — причитая, выполняет просьбу Эмили. — Чувствую себя придурковатым чихуахуа.
— Скорее, ты шпиц…карликовый…
Дружный взрыв хохота ее ничуть не задевает, лишь вызывает ехидную улыбку:
— Не забывайте, что маленькие собаки недружелюбны… Как кусну…
— Прививки нам в помощь! Ладно, на выход! — командует именинница. — Нам всего несколько часов кутить осталось. А завтра на работу, вообще-то!
Все как-то разом засобирались со скоростью света, после чего небольшой вереницей из семи человек посыпались на улицу.
— Спокойной ночи, Марсель Аргамович! — синхронно попрощались, завидев выходящего мужчину.
— Спокойной… — протянул, споткнувшись вопросительным взглядом о возникшую вдруг Эмили, которой не было в сегодняшнюю смену, — ночи. Если она таковой для вас будет, конечно.
И ведь в словах его столько неприкрытого подтекста, пока осматривает расфуфуренных девушек среди парочки парней. И это напрягает Эмили, которая сохраняет молчание, желая, чтобы он поскорее исчез. Портит общий антураж.
— Ну-да, ну-да… Как пойдет. А, вообще, в «Прометее» никогда спокойно и не бывает, — хихикает Ирка, сдавая себя с потрохами.
К счастью, Марсель просто понимающе кивает и действительно уезжает.
