Её рот немного приоткрывается, и Марсель слышит, как она делает еле заметный вдох. Пальцы над нещадно работающим органом неожиданно оживают. Гладят, будто неосознанно чертя какие-то только ей известные заклинания.
И всё это время — глаза в глаза. Неотрывно.
Казалось, даже время замерло, уступая им этот миг.
— Отдаю тебе должок, — не унимается нахалка, — ты мою сжег за доли секунд, — хватает его правое запястье и кладет мужскую ладонь себе на грудь в районе сердца. — А мне понадобилось больше четырех лет. Чувствуешь? Несправедливо.
И Марселя торкает…
Он прикрывает веки и со свистом втягивает в себя воздух.
Его скручивает внутри чем-то горячим… Мужчина чувствует себя так, словно находится в кузнице, где выступает в роли железа, которое Эмили кует без особых усилий. Она с ним вытворяет нечто, причем без соблюдения каких-либо правил, а он…плавится, превращаясь в податливый материал…
Распахивает взор и упирается им в свою широченную пятерню на девичьей груди, это зрелище кажется ему настолько правильным и гармоничным, будто ничего прекраснее и не видел.
Марсель обескуражен. Подозревает, что рехнулся. Он впервые в жизни не знает, как себя вести с женщиной в постели. С той, которая, хоть и не ждет горных вершин, но именно ради неё и хочется покорить какую-нибудь высоту.
Господи, дай ему сил. Не сорваться, не обезуметь от эйфории, не забыть, что Эмили невинное дитя по сравнению с ним, конченым развратником. Помоги её любить нежно, как того и заслуживает девушка в свой первый раз…
— Не надо, — словно читая его мысли, она вдруг подается вперед, прижавшись к нему всем своим телом, и выдыхает ему в губы, — делай со мной всё, что хочешь. Только больше не отталкивай.
Наверное, он сдох и попал в рай. Ибо как объяснить и описать наивысшее удовольствие от соприкосновения её гладкой бархатной кожи с его грубой и бугристой?..
— Что ты творишь, — капитуляция и дразнящий укус ее розовой пухлой плоти, — что ты творишь, Эмили…
И ему надоело сдерживать себя и корчить невесть кого — он не праведник!
Марсель опрокинул её на кровать одним легким движением. И почти ослеп в ту же секунду. В сотый раз сказал себе, что таких не бывает. Как же она лежит тут перед ним с широко распахнутым взглядом в своем первозданном виде и без тени смущения вся совершенная?
Вид обнаженной Эмили вызвал у него неподдельное потрясение. Она такая красивая, маленькая, беззащитная… Как же…быть с ней, когда он в разы крупнее?
Видимо, девушка очередной раз почувствовала его замешательство, потому что резко схватила за руки и дернула на себя. Надо сказать, для такой малышки, она всё же достаточно сильна, раз сумела опрокинуть громадного мужика.
И не дав опомниться, обвивает его шею и прижимается ко рту своими теплыми мягкими губами. Это как контрольный выстрел. Мир…его просто больше нет. Только сладость робкого поцелуя и бьющееся желание чего-то большего, чего Эмили пока не умеет, но очень хочет научиться.
И Марсель учит…
«Чудо всегда ждет нас где-то рядом с отчаянием».
Э. М. Ремарк «Время жить и время умирать»
Она очень боялась. Боялась, что в любую секунду это волшебство прервется. Стоило только Марселю замешкаться, Эмили охватывала паника. Лишь бы он не передумал, лишь бы больше не оставлял… Сама тянулась к нему, цеплялась, будто утопленник за спасательный круг…
Это было невероятно. Ее желание быть с ним сбылось… И если изначально всё казалось сном, то теперь вот его горячие прикосновения сигналят о том, что это реально.
Девушка не хочет закрывать глаза, чтобы видеть любимого, но веки смежит от неги. Какие-то причудливые нити внизу живота связываются в трепетный узел, жаждущий и требовательный. Поцелуи становятся глубже и откровеннее. И она себя не контролирует, зарываясь в его волосы и неосознанно прижимаясь к нему ближе. Еще ближе. Чтобы стереть границы этих чертовых оболочек двух людей, когда на самом деле они сейчас нечто единое, абсолютно цельное.
Марсель отрывается, давая ей возможность отдышаться, и Эмили распахивает взор, встречая его потемневший взгляд. Странно, но страха нет. И никогда не было. То, что происходит, для нее естественно и прекрасно по своей природе. Ей нравится эта приятная тяжесть крупного тела, соприкосновение мужской кожи к ее девичьей. Это ошеломительно.
— «Когда моя кожа шелком ляжет на твою»? Да, Эмили?
Его хриплый шепот проносится по ней дрожью.
Мало того, что Марсель понимает ее чувства и читает мысли… Он помнит! Помнит!
Давай же, скажи, что было дальше…
— «А когда твои губы дорожками пройдутся по мне»… — незамедлительно выполняет ее беззвучную мольбу мужчина, и в глазах его начинает полыхать огонь.
