Эмиссар 2: Консилиум (СИ) полностью

Лорд Холстат сидел в своем кожаном кресле, обрамленный нынешним положением дел Консилиума. Перед ним виднелся изысканный бокал выдержанного односолодого виски. Барабаня по бокалу своими длинными утонченными пальцами, лорд Хостат ни как не выдавал своего напряжения. В свои сорок пять лет, лорд Хостат уже занимал ведущею позицию в мировом сообществе консилиума. Его слово было золотом, но не смотря на это он всегда предпочитал молчать. Но не сегодня. Ведь сегодня день рождения Констанции Ландау, последней из рода Ландау.

— Лорд Хостат, какая честь! — послышался из телефонной трубки, торжественный голос Констанции.

— Моя дорогая Констанция, уверен выожидали моего звонка. Примите мои искренние поздравления. Желаю вам всего наилучшего и того же могущества которое присутствовало в вашем, дорогом мне, отце, — ответил лорд Хостат. Хоть он и пытался скрыть свою озлобленность, но Констанция слишком хорошо разбиралась в тембре голоса лорда.

— Благодарю вас, милейший. Как поживает Асенция?

— Очень даже не плохо. Но она слишком юна, чтобы ее обсуждать. Меня больше волнует твой нынешний статус моя дорога. Сегодня тебе исполняется двадцать пять, ты ведь понимаешь что это значит? — голос лорда Холстата смягчился, но Конастанция понимала, что это лишь игра.

— Я отлично понимаю что это значит мой дорогой лорд и вы уже знаете мой ответ, — ни секунды не медля, ответила Констация.

— Мне лишь хотелось убедится. Раз ты не сменила своего мнения, в таком случае мне лишь остается попрощатся с тобой, поздравив в очередной раз с двадцати пятилетием.

— Благодарю, дорогой, лорд Хостат, — ответила Констанция и поспешила повесить трубку.

Лорд Хостат медленно отложил свой телефон и перевел взгляд на сидящих перед ним лордов. Те внимательно вслушивались в разговор, а теперь ожидали когда лорд Хостат поделится своими мыслями. Последний медленно встал, взяв ведущей рукой свой бокал виски и методично подошел к камину. Сохранив молчание еще несколько минут, он наконец нарушил тишину: — Как мы и предполагали, она никогда не решилась бы пройти испытание. Поэтому и выбрала второй способ.

— В любом случае фамилия Ландау навеки сгинет в истоках истории, — ответил молодой маркиз.

— Она убила лорда Ройса, мы все это отлично понимаем. Только вот, почему мы продолжаем с ней церемонится? Не легче ее просто убить? — вспылил герцог Алунский.

— Дорогой мой Джером, вы слишком юны, поэтому ваше невежество вам простительно. Позвольте мне объяснить вам некую истину. Видите ли мой дорогой герцог, семья Ландау больше века управляет Сиэтлом. Они десятилетиям держали в узде мелкие и большие бандитские группировки, — лорд Хостат даже не удосужился взглянуть на герцога.

— И что? — с презрительной улыбкой спросил герцог.

— Это город Сиэтл, глупый ты мальчишка! Его нельзя просто так взять под свой контроль. Все бандитские группировки подчиняются Ландау и только Ландау. Если мы убьем Констанцию, то Сиэтл не примет ни одного другого кандидата из оставшихся великих семей, теперь ты понимаешь почему мы не можем просто так убратьэту девку?

— Да, — еле слышно, ответил герцог.

— Это приведет к хаосу в городе. Каждая бандитская группировка захочет прибрать власть в свои руки или на худой конец обрести полную независимость, — добавил граф Дхирус.

Лорд Холстат медленно и вдумчиво кивнул. При таком частом упоминание фамилии Ландау, у него возникло неприятное воспоминание. Момент когда он улыбался и прощался с Гордоном и Лизой на их последнем банкете. В последствии несколько видных семей сговорились и подстроили смерть родителей Констанции. Лорд Ройс был лишь исполнителем, красивой девушкой что отвлекалазрителя чтобы тот не понял трюка фокусника. И это сработало. Столько лет никто так и не догадался кто стоял за убийством одной из древнейших семей Консилиума. Но, лорд Холстат недооценил гений Констанции и теперь ему оставалось лишь надеяться, что она потеряет свою власть до того, как поймет что лорд Ройс был лишь пешкой.

— Мой дорогой лорд, вам незачем беспокоится. Я непременно все улажу, — раздался голос маркиза.

Это был молодой парень, лет двадцатишестис легким на подъем характером. Его семья владела виноградными плантациями в Париже. Согласно архивам онявлялсяпотомкомЛюдовика 15. Легкий французский акцент выдавал не только его происхождение но и добавлял нотку возвышенности его и так не слабому внешнему виду. Лорд Холстат глубоко уважал маркиза, поэтому был уверен в его словах.

— Жак, мой дорогой маркиз Дюран. Я так рад что эта честь досталась вам. Думаю вы именно тот, кто решит нашу проблему раз и навсегда, — рассмеялся лорд Холстат и подняв бокал произнес скрытый девиз ближнего круга Консилиума: — In aeternum vive!

— Concilio aeternam! — следом воскликнули все и тут же пригубили свои бокалы.