- Не так ужасно как-то, что она сделала со своей последней хозяйкой -- та стала носить маску, чтобы завладеть сердцем мужчины, не обращавшего на неё внимание. В конце концов она потеряла свою сущность, став приложением к этой маске -- столь же пустой, и столь же несчастной куклой, но исполнила свою мечту.
- Завладела сердцем того мужчины?
- А также печенью, почками и прочим ливером. Она его съела, заживо.
Я подавила в себе желание отшатнуться:
- Ты не боишься держать это в руках?
- Маска опасна только для представительниц прекрасного пола, и чтобы активизировать магию артефакта, нужно надеть маску. Хочешь ознакомиться поближе?
- Обойдусь, - пробурчала я, всё таки делая шаг назад.
- Как хочешь, - глаза мага, внимательно следившего за моей реакцией, смеялись, но от этого холодного блеска становилось еще более неуютней. - Ну раз тебе не по душе живые артефакты, давай глянем на другие диковинки.
Я наверное не увидела и десятой части того, что храниться и исследоваться в МИЦА, но и того, что мне показали, хватило на то, чтобы поразить мое воображение: перья, вызывающие смерч; кубок, выточенный из человеческого черепа, дарующий своему хозяину неуязвимость; легендарная неразменная монетка, всегда возвращающаяся к хозяину... Некоторые артефакты были забавны, некоторые опасны и вредны, но практически все они были созданы на грани возможного и без какого либо участия техномагии.
- Впечатляет, - наконец сказала я. - Но разве вы работаете только с артефактами?
- Нет, - веки мага медленно сомкнулись, скрывая взгляд. - Мы проводим опыты и над живыми существами. Но захочешь ли ты смотреть на это?
- Подозреваешь меня в трусости?
- Нет, конечно нет. Но то, что кажется нормальным для ученого, для человека, пусть даже и привыкшего к смертям и разрушениям, может показаться противоестественным и отвратительным.
- В какой-то степени вся человеческая жизнь противоестественна и отвратительна, так чего же закрывать на это глаза?
- Хорошо, Агнесса, следуй за мной.
Мы вышли из зала с артефактами, но через другую дверь, охраняемую двумя стражниками. Дверь выходила на лестницу, круто спускающуюся вниз. Хм, если Орани держит Эйнара внизу, то вытащить его оттуда будет затруднительно -- лестницу слишком легко блокировать сверху, и тогда Анхельм окажется в западне.
Чем ближе мы приближались к подвалу, тем больше меня охватывало странное чувство нереальности происходящего. У меня заныло в висках, а по коже как будто скользнул холодный ветерок -- в воздухе было разлита сильная, чужеродная мне волшба, да и воздух был тоже каким-то не таким, слишком неподвижным и как будто бы мёртвым, пахнущим лекарствами и химическими веществами. Мы спустились вниз, и оказались в еще одном коридоре, широком и пустом. Никого нет, видимо Орани их уже распустил по домам, или приказал не мелькать перед гостьей.
- Ну вот, мы и добрались до святая святых -- моих любимых лабораторий, - в голосе мага мне почудились нотки волнения, как будто для него и правда было важно произвести на меня впечатление. - Показать многое не могу -- как вы понимаете, государственная безопасность, но могу продемонстрировать вам проект, над которым мы работали с Эйнаром. Сейчас исследование зашло в тупик, но надеюсь, благодаря свежему взгляду и оригинальному уму ты сможешь найти и исправить неточности, которые я упустил. Ведь вы обязательно захотите поучаствовать в эксперименте, когда увидите, чего мы уже достигли, я уверен.
1. Асет Орани.
- Вы сумасшедший?
- Напротив я так нормален,
что порой сам удивляюсь.
- Вы негодяй?
- Да, а кто нынче хорош?
(с) Обыкновенное чудо.
Все маги по натуре своей натуры свободолюбивые, независимые, и что еще хуже, упрямые. Заставить мага подчиняться общим правилам, наложить на него ограничения, сковать его рамками морали можно... Но на не очень долгий срок, и с очень плохими для себя последствиями. И если общественным законам маги хоть и со скрипом, но подчиняются, в душе своей презирая само общество и смертных, то попытки навязать ограничения со стороны своих собратьев воспринимаются гораздо более жестко и агрессивно. Все попытки создания организаций наподобие Суда Магов, Магической Канцелярии, Хранителей Кодекса Магов, регулирующих деятельность чародеев, заканчивались оглушительным крахом. Так что никаких магических законов, обязательных для исполнения, просто напросто не существует -- смысл создавать закон, если тех, кто будет следить за его исполнением, не существует? Поэтому маги Ойкумены, в теории, могут делать всё, на что хватит их воображение: создавать чудовищ, устраивать глобальные катаклизмы, заниматься геноцидом и нарушать все мыслимые и немыслимые законы природы...
