Еще я верю, что важно признать проблему и назвать ее. Так работает закон эмоционального переучивания – да, мы давно живем в режиме тотального перенапряга, у нас пока мало возможностей ситуацию изменить, но что-то мы можем сделать. Даже называние ситуации «тяжелой» может быть очень ресурсным.
Гнев – непроизвольная реакция, то есть в большинстве случаев ни мы, ни тем более дети не отвечаем за то, что гнев запускается.
Очень часто гнев и раздражение связаны с перфекционизмом, с нашими представлениями о том, как сделать что-то максимально хорошо, а также с желанием ситуацию контролировать. Когда родители хотят, чтобы дети собрали игрушки, а они не собрали. Когда они хотят выйти на прогулку в определенное время, но не получилось. Они хотели бы, чтобы подготовка к гостям прошла идеально, а получилось иначе.
Если мы будем это понимать, отслеживать гневные вспышки с целью контроля и говорить себе: «Да, не получается, сейчас я буду злиться. Да, я бы хотела, чтобы все было на „пять“, как в тетради по русскому, но я живу в семье не одна и кроме меня отличников нет», – возможно, такого рода вспышек будет немного меньше.
Важно помнить, что гневом и другими сложными эмоциями можно заразиться, подцепить их, как вы подцепляете вирус, помимо вашего желания. И если вы знаете о заражении, у вас появляется инструмент, вы можете применить «противовирусное средство», сказать себе: «Стоп! Мне не нужна эта эмоция, я не хочу это сейчас переживать и чувствовать. Я постараюсь не войти в пике».
Хорошая новость в том, что гнев можно остановить или хотя бы притормозить на время, «запихать его ногами» внутрь, потому что он становится более безопасным, если вы лучше понимаете его причины.
Один из главных способов борьбы с гневом – это возвращение в свое ресурсное состояние, когда вы вспоминаете, кто вы, что вы любите, что вы цените, что вы не выбираете. Что-то, что вам помогает или будет помогать. Прекрасно, если это будет не еда, но иногда и ее можно разрешить себе.
Очень многим помогает находиться в контакте с собственными ценностями – это прекрасный антидот к гневу. Вспомните, каким родителем вы хотели бы быть и почему вам важно быть именно таким, не кричащим родителем.
Мне кажется, что чаще всего мы срываемся, когда наш темп жизни высок и мы совсем ничего не помним – зачем мы рожали детей, чего мы хотели, когда они были маленькими, о чем мы мечтали, когда их не было. Возможно, вы ни о чем таком не мечтали, но очень важно вспомнить то, что выше сиюминутных состояний – когда вы полностью погружены в разбор игрушек, в уговоры ребенка выйти на улицу, в заботы по хозяйству, – то, что вам в принципе важно в жизни и родительстве.
Антидот к гневу – воспоминания о том, кем и какими вы хотели быть, – не для того, чтобы мучиться: «я хотел быть хорошим, а вот я кричу», «вот я плохой, я сержусь», а для того, чтобы вернуться к своей опоре, покинуть неблагоприятную территорию.
Еще один из антидотов к гневу – давать знать взрослым и детям, что вы близки к минусу или к нулю, и показывать это безопасными способами. Безопасными – значит не в гневе, не в срыве, не в слезах, не в минусе.
Здесь мы имеем дело с наследуемой штукой. Если в семье, где вы росли, не было принято обращаться за помощью мирно, спокойно, без угроз и нападений, скорее всего, вы тоже не умеете делать это безопасно. Этому действительно надо учиться, как чему-то новому – как какому-то блюду, которое никогда не готовили в вашей родительской семье. Просьба о помощи часто воспринимается как слабость.
У запроса помощи в форме обвинения многолетняя, многопоколенная история. Часто и наши мамы, и свекрови делают точно так же, что особенно раздражает.
«Ты не принес хлеб, а я тут уже замучилась!» – это звучит как обвинение. А простая просьба выглядит так: «Знаешь, у нас закончился черный хлеб, а я так устала с детьми. Сходи, пожалуйста, ты».
Есть тест «Рисунок семьи» – надо нарисовать каждого члена семьи с его выражением лица. Чаще всего, к сожалению, на этих проективных рисунках семьи выражение лица у мамы недовольное, смайлик вниз – это то, какими нас видят наши дети. Не то чтобы злобное или кричащее, но недовольное.
Почти всегда в борьбе с гневом помогает обращение к собственным детским воспоминаниям. Иногда из гнева обратно на «твердую почву» вытряхивают наши флешбэки, когда нам было плохо, некомфортно, трудно, когда сердились наши родители.
Обычно этот опыт помогает остановить гнев. Детские воспоминания перебрасывают нас в шкуру того ребенка, которым мы были, и мы вспоминаем, что на самом деле мы не хотим так себя вести – и находятся силы остановиться.
Иногда помогает записать негативные детские воспоминания – можно дать не развернутое, а очень краткое описание того, как мама кричала из-за пятна на платье, как папа злился на двойки. Часто эти воспоминания не дают свалиться дальше в собственных эмоциях.
