У большинства мужей и жен такие напряженные моменты, конечно же, случаются лишь изредка, когда они выясняют отношения, — и это нормально. Проблемы в семьях возникают, если по крайней мере один из супругов чувствует «затопление» почти постоянно. Тогда один партнер уверен, что другой его подавляет", он все время настороже, готовый к нападкам или несправедливым замечаниям; всегда сверхбдителен, чтобы вовремя уловить малейшие проявления намерения атаковать, оскорбить или огорчить, и, можно не сомневаться, реакция его будет зашкаливать. Если муж пребывает в таком состоянии, его жена, сказав ему: «Дорогой, нам надо кое о чем поговорить», может спровоцировать у него ответную мысль: «Она опять затевает скандал» и тем самым включить механизм «затопления». В результате становится все труднее оправиться от физиологического возбуждения, что, в свою очередь, заставляет находить зловещий смысл в самых, казалось бы, безобидных замечаниях, снова и снова включая «затопление».
Это, вероятно, самый опасный поворотный пункт в браке, катастрофический сдвиг в отношениях. «Затопленный» партнер дошел до того, что практически все время думает о супруге самое худшее, рассматривая все, что она делает, в самом мрачном свете. Самые незначительные вопросы перерастают в грандиозные баталии; чувства оскорбляются постоянно. Со временем тот супруг, которого «затопило», начинает считать все возможные проблемы, связанные с браком, серьезными и неразрешимыми, поскольку «затопление» само по себе срывает любые попытки уладить дело. А если все так и продолжается, то обсуждение ситуации начинает казаться бесполезным, и супруги самостоятельно стараются успокоить взбудораженные чувства. Они живут параллельными жизнями, по существу, обособившись друг от друга, и чувствуют себя одинокими в браке. По мнению Готтмана, слишком часто следующим шагом становится развод.
При движении по этой траектории, ведущей к разводу, трагические последствия дефицита эмоциональных компетенций становятся самоочевидными. Когда супружеская пара попадает в многократно повторяющийся цикл критики и презрения, готовности защищаться и окружения себя оборонительной стеной, огорчительных мыслей и «затопления» эмоциями, этот цикл сам по себе отражает распад эмоционального самоосознания и самоконтроля, эмпатии и способности успокоить друг друга и самого себя.
Вернемся к различиям между полами, проявляющимся в сфере эмоциональной жизни, которые оказываются скрытым стимулом к развалу брака. Рассмотрим такое заключение: даже после тридцати пяти и более лет супружества между мужьями и женами сохраняется основное различие в том, как они относятся к эмоциональным стычкам. Погружение в мерзость семейной перепалки женщин в среднем волнует меньше, чем мужчин. Это заключение, к которому пришел в ходе исследований Роберт Л ивенсон в Университете штата Калифорния в Беркли, основывается на свидетельствах 151 супружеской пары, состоящих в длительном браке. Ливенсон выяснил, что все мужья одинаково находили неприятным и даже омерзительным расстраиваться во время семейной ссоры, тогда как их жен это не слишком беспокоило.
Мужья подвержены «затоплению» уже при более низкой интенсивности негативного отношения, чем их жены. Мужчины чаще, чем женщины, реагируют «затоплением» на критику своей половины. Как только мужей «затопило», у них начинается выделение в кровь большего количества адреналина, и этот адреналиновый ток включается при более низких уровнях негативного отношения со стороны жен, и, кстати сказать, после «затопления» мужьям требуется больше времени для возвращения в нормальное физиологическое состояние. Это позволяет предположить, что стоическая невозмутимость мужчин типа Клинта Иствуда представляет собой защиту от ощущения, что их захлестывают эмоции.
Как полагает Готтман, причина, по которой мужчины столь охотно отгораживаются стеной молчания, заключается в стремлении защитить себя от «затопления»; его исследование показало, что, когда они начинали укрываться за этой стеной, частота сердечных сокращений у них тут же уменьшалась примерно на десять ударов в минуту, что приносило им субъективное чувство облегчения. Но — и в этом и заключается парадокс — как только мужчины начинали отгораживаться, прячась за молчанием, уже у их жен частота пульса подскакивала до уровня, сигнализирующего о сильнейшем дистрессе. Это лимбическое танго, когда каждый пол ищет утешения в противодействии любым целенаправленным маневрам, приводит к совершенно разному отношению к эмоциональным столкновениям: мужчины хотят их исключить так же горячо, как их жены чувствуют себя вынужденными стремиться к ним.
