Алекс сделал шаг вперед, к самому краю разрыва. Ледяное дыхание Пустоты обожгло его лицо. Звон в ушах усилился. Он протянул руку – не к Пепла, а в пустоту, ладонью к мерцающей вуали. Он сосредоточился на канале в груди, на пульсации Метки. Он представил не силу, не приказ. Стабильность. Тот слабый якорь, который Корень вбил в него самого. Он направил это ощущение – не как волну, а как слабый маяк – через свою плоть, через канал, в пространство перед собой.
Пепел вздрогнул. Он втянул голову в плечи, но не отпрянул. Его багровый взгляд замер на руке Алекса, на пылающих узорах. Рычание стихло, сменившись тихим, прерывистым поскуливанием. В резонансе, который теперь связывал всех троих (Алекса, Лору, Пепла) через Корень и Ядро, Алекс уловил отголосок – не памяти, а ощущения. Тепло руки на шерсти. Тихий голос. Доверие. Что-то глубоко зарытое под слоями мутации и боли.
«Хорошо...» – прошелестел Корень. «...Теперь... веди.»
Алекс сделал еще один шаг. Его ботинок завис над бездной не-пространства. Он посмотрел на Пепла. Не приказывая. Прося. Покажи путь.
Пепел замер на мгновение. Затем, с неловким, прыгающим движением, он развернулся и... шагнул в мерцающую вуаль Пустоты. Его силуэт не исчез. Он стал расплывчатым, мерцающим, как изображение на плохом экране. Он обернулся, его багровые глаза светились сквозь туман. Он ждал.
Лора издала короткий, шипящий звук – предупреждение или вопрос. Алекс не колебался. У него не было выбора. Он шагнул за Пеплом в Пустоту.
Ощущение было... не из этого мира. Не падение. Не полет. Декомпиляция. Каждая клетка его тела, каждая мысль казалась разобранной на кварки, растянутой в бесконечной струне сквозь несуществующее пространство. Боль ушла. Страх ушел. Осталось только чистое, ледяное восприятие информации, льющейся через него как через открытый шлюз. Образы вспыхивали и гасли: спирали ДНК, взрывающиеся сверхновые, схемы непостижимых машин, лица людей, которых он никогда не знал, кричащих в беззвучии. Голос Корня растворился в этом потоке, стал его частью – не командой, а контекстом. «Знания... Плата... Ответственность...»
Системное Уведомление (ИСКАЖЕННОЕ):
ЛОКАЦИЯ: ИНТЕРФЕЙС "ПУСТОТА СЕРДЦА"
СОСТОЯНИЕ: ТЕМПОРАЛЬНАЯ БИО-ИНФОРМАЦИОННАЯ ДИССОЦИАЦИЯ
ЭФФЕКТЫ:
- ВОСПРИЯТИЕ РЕАЛЬНОСТИ: ПОДАВЛЕНО. АКТИВИРОВАН ПРЯМОЙ ПОТОК АРХЕТИПИЧЕСКОЙ/ИСТОРИЧЕСКОЙ ДАННЫХ СОБОРА.
- ФИЗИЧЕСКОЕ ТЕЛО: ВРЕМЕННО СТАБИЛИЗИРОВАНО НА КВАНТОВОМ УРОВНЕ (РИСК РАЗРЫВА СВЯЗЕЙ: 43%).
- МУТАГЕННАЯ НАГРУЗКА: ПАУЗА (71.5%). ИНТЕГРАЦИЯ "ВТОРОГО КОНТУРА": УСКОРЕНА (ПРОГРЕСС 12%).
- ПСИХИЧЕСКАЯ УЯЗВИМОСТЬ: 99% (ПОРОГ ПРЕОДОЛЕН. РИСК ПОТЕРИ "Я" В ПОТОКЕ: НЕИЗБЕЖЕН).
ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ: ПРОДОЛЖИТЕЛЬНОСТЬ ЭКСПОЗИЦИИ ОГРАНИЧЕНА БИОСТАБИЛЬНОСТЬЮ НОСИТЕЛЯ (МАКС: 3 МИН 17 СЕК).
Алекс (если это еще был он) не видел Лору или Пепла. Он был знанием. Он видел рождение Собора – не как постройку, а как инфицирование, внедрение древнего симбионта-паразита "Корня" в геологическую аномалию. Видел первые контакты с людьми – не с Гильдией, а с примитивными племенами, приносившими кровавые жертвы у его растущих "корней" в обмен на силу и исцеление, не понимая цены. Видел, как Гильдия пришла не как исследователи, а как завоеватели, с огнем и сталью, чтобы подчинить или уничтожить аномалию. Видел их импланты, вбитые в живое сердце. Видел мутации, ошибки, создания Стражей... и рождение таких паттернов, как "Черная Паутина" в Лоре. Он видел себя – маленькую точку в этой гигантской истории боли, симбиоза и борьбы. И он видел... Пустоту. Не пустоту. Источник. Первопричину. Темную, холодную, ненасытную жажду, лежащую в основе Корня, в основе самого Собора. Жажду существования, расширения, поглощения всего. Это не было злом. Это было... природой. Ужасающей и величественной.
«Понимаешь, Донор?» – голос Корня возник не извне, а из самого потока, как его суть. «...Мы – жизнь. Любой ценой. Ты – часть этого теперь. Твой долг – сохранить. Продолжить. Плата за убежище... за знание... это принятие.»
Принятие чего? Своей роли? Потери себя? Жажды Корня? Поток давил, угрожая смыть последние крохи "Алекса".
