Уловка заключается в простом вопросе: «можно ли знать, что, выйдя на улицу не упадёшь? Ведь из того, что в прошлые разы не падал с необходимостью не следует, что и в этот раз не упадёшь. Если этого нельзя знать, тогда получается ничего нельзя знать, и даже того, что этот хлеб насытит, потому что с необходимостью не следует, что память наша не будет искажена в любой момент, и мы не примем одно за другое. К примеру, может оказаться что хлеб никогда не был пищей, а чем-то другим, и нам как сумасшедшему будет казаться, что хлеб, это всё-таки еда. Проблема в том, если всё это так, и следствие, как говорил Юм никогда не вытекает с необходимостью, то это сущий скептицизм, низводящий все знания человека до веры. Получается, что мы ничего не можем знать, а можем только верить. Если знание и вера одно и то же, тогда получается нету никаких точных знаний и мир основан на вере: кто сильнее верит у того и правда; весь мир становится основан на точках зрения, логика повержена, господствует плюрализм и релятивизм. Логика, – говорят софисты, – противоречит себе: с необходимостью не следует что не сойдешь с ума, не примешь одно за другое. Если это так, то A может быть и B, и разрушается фундаментальный закон самой формальной логики – закон тождества, и последующие законы утрачивают свой смысл без первого.»
Итак, опровергнуть этот софистический корень есть на данный момент задача, стоящая того, чтобы её досконально разрешить, поскольку это должно защитить саму логику. Ответ на этот вопрос или уничтожит логику, или докажет её. Очевидно, что мы видим и понимаем этот мир только потому, что он имеет единство вещей, которые постоянны и не меняются, отсюда следует, что уже необходимо есть разумное объяснение данному ниже логическому парадоксу. Разрешить эту задачу, значит показать значимость научного метода, на основании которого основан этот учебник, а также в очередной раз на практике утвердить сам научный метод.
