— Ты посмотри, какая тонкая шея, изящные ручки. Ты разрешаешь ей так наряжаться? Это грозит тебе большими проблемами. Мне ты можешь отказать, а если на моем месте окажется кто-то посерьёзней? Например, Правитель или близкий друг твоего отца?- подначивая ещё сильнее, вслух размышлял он. — Чтобы ты им сказал, Вестар, если бы они захотели позаимствовать твою красотку?
— Что ты хочешь, Кирос? Это не твоя проблема,- отрезал я, скрестив руки на груди.
— Ты с ней не спал. Она девственница?
Я ухмыльнулся. Конечно, девственница. Поэтому так сильно боялась осмотра Маргет. Все они невинные. А потом выясняются интересные обстоятельства… Сколько раз проходили. Сейчас, скорее встретишь мифического единорога, чем нетронутую девушку. А на каллибристи? У них вообще свободные нравы. Они же так уважают человеческий выбор. От этих мыслей я ещё сильнее злился. Больше всего, раздражало, что подобная девушка, обладающая такой яркой внешностью, корчит недотрогу. Набивая себе цену.
— Убирайся прочь из моей постели, — прорычал я, отталкивая легионера назад.
— Передумаешь. Дай знать...
Автор
Вернувшись в своё поместье за полночь, Кирос, пошатываясь, направился на второй этаж. Распахнув двери одной из комнат, он нетрезвым голосом громко произнёс:
— Мишель, хватит спать, проспишь своего лорда!
На кровати лежала молодая девушка, такая же светловолосая, как и Кирос. Она недовольно поморщилась, потирая полусонные глаза.
— Какого черта ты вламываешься сюда посреди ночи после своего очередного загула?- закричала она, швыряя в него подушку.
— Сестричка, дело не требует отлагательств,- рухнув в кресло напротив, продолжил блондин, самодовольно улыбаясь.
— Что тебе надо, Кирос? Говори и проваливай вон!
— Твой жених, кажется, соскакивает с крючка. Если тебе не интересно, я пойду.
Блондинка тут же вскочила с кровати и быстрым шагом подошла к брату.
— Что случилось? Я надеюсь, это не очередная твоя шутка?
— Мишель, я всегда серьезный, ты обижаешь меня,- театрально отвернувшись, усмехнулся он.
— Ладно, извини, погорячилась. Да не томи ты уже! Злишь!- ее тоненький капризный голос зазвенел в воздухе.
— Приезжаю сегодня к Аскольдам, а там вот такие зелёные глазища,- широко разводя руки, продолжил он. — Такое создание, Мишель, ты бы видела. Как нимфа лесная.
Красивое лицо девушки исказила злобная гримаса, и она нервно застучала пальцами по деревянному подлокотнику.
— Не все так плохо, девчонка с характером, и, как мне показалось, совсем не расположена к твоему лорду, чего нельзя сказать о нем. Но сама знаешь, стоит ей включить ваши женские штучки, и потом тебе будет намного сложнее избавиться от неё.
— Ты такой заботливый, с чего вдруг?- Мишель недоверчиво вглядывалась в лицо брата, надеясь уловить в нем лукавство.
— Все просто, хочу девчонку себе. Мы можем друг другу помочь... Понимаешь, о чем я?
— Хочешь, чтобы я от неё избавилась, а ты подобрал?
— Быть догадливыми, наша семейная черта. Бранд отлучался по государственным делам, но скоро вернётся, как раз ты уже станешь законной женой. Если девица выкинет что-нибудь из ряда вон выходящее, он, не медля, отправит ее к Биатрисс, а там уже я разберусь.
— И что она должна выкинуть по-твоему?
—Это тебе и предстоит устроить.
******
Над городом, удобно примостившись на единственном утесе острова Легион, возвышался дворец Правителя. Здание весьма необычного вида издалека напоминало продолжение скал. Разноуровневые башни с острыми, а иногда и покатыми крышами, покрытые чёрной черепицей, большие окна круглой формы, которые, если присмотреться, представляли собой главный символ Легиона - солнце. Помимо них из украшений ничего не было. Внутреннее убранство ничем не отличалось от внешнего: темные тона, мало мебели. Единственной гордостью дворца и самого Правителя являлась огромная коллекция оружия разных эпох, собранная и привезённая со всех оставшихся кусков суши.
Бранд Аскольд строевым жестким шагом прохаживался по коридору, ожидая приема у Высшего. И вот, наконец, молодой солдат Легиона, поприветствовав лорд-камергера, провёл его в личную приемную главного легионера на острове.
Мужчина средних лет, крупный и высокий, с гладко выбритым лицом и резкими чертами, стоял возле окна, внимательно разглядывая город, распростёртый как на ладони. Его идеальная выправка выдавала в нем военного . Возле глаз глубокими бороздками собралось несколько морщин. Повернувшись к вошедшему лорду, он еле заметно кивнул, после чего камергер сделал шаг ближе и отдал честь. Правитель двигался медленно и, одновременно, очень твёрдо и уверено, впрочем, как и разговаривал. Его сильный властный голос сжимал пространство вокруг и вводил окружающих в такое напряжение, что они запоминали каждое слово, как древние люди молитву своим богам.
