— Прапрабабушка обожала танцы, — сказала Винда, задержавшись перед картиной. — Муж подарил ей это. Чтобы она могла танцевать в любой момент, когда ни захочется. Очень удобно: найти хороших музыкантов — всегда целая история.
Из гостиной они перешли в библиотеку, где гостей ждали карточные столики и коллекции редкостей в заманчиво блестящих витринах, бесконечное шампанское и ледяные вазы с цветами, возле которых висели ароматы лета, а дыхание по-зимнему превращалось в пар.
— Мсье Скамандер — мсье Малфой и мсье Ру, друзья семьи.
Обмен приветствиями, вежливый рассказ об ужасах осеннего Уилтшира и удовольствии быть здесь, а не там. Господа Малфой и Ру, судя по ее напрягшейся руке и лицу, были Винде решительно несимпатичны, и разговор закончился быстро.
— Мадам Элиза Трембли и Маргарита, ее дочь.
Элегантная дама со взбитой сединой и взором василиска подала Тесею руку и обдала холодом, едва услышав его незнаменитую фамилию. Девочка рядом с ней выглядела так нелепо во взрослом вечернем платье, что Тесей даже удивился, почему это школьница не в Шармбатоне, до Рождественских каникул ведь еще почти месяц. Оказалось, ей скоро восемнадцать. Среди гостей имелись так же «модный иностранец, маман жаждала его заполучить», изрядное количество чистокровных холостяков и барышень, дамы-произведения искусства под руку с супругами, одинаково великолепными, так что Тесей не запомнил, которая чета — Бофор, а которая — Леруа…
Спустя несколько минут светских разговоров в ожидании припозднившихся гостей хозяйка дома пригласила собравшихся в столовую. Здесь, как и в других комнатах, царил тщательно отмеренный полумрак: чтобы бриллианты собравшихся за столом и серебро и хрусталь на столе сверкали ярче. Винда заняла место между Тесеем и Кэрроу, а слева от него разместилась суровая Элиза Трембли.
— Мсье Скамандер. Уверена, мне доводилось слышать вашу фамилию, но не припомню где, — начала она весьма многообещающим тоном, но Тесей не собирался позволить испортить себе настроение.
— В списке самых желанных застольных собеседников, мадам. — Он подал ей закуску.
Прищурившись, она приняла угощение.
— Боюсь, ваш акцент оставляет желать лучшего.
— Тем больше я стараюсь подбирать слова.
Мадам все-таки усмехнулась.
— Что ж, посмотрим. Как вы находите Францию?
Тесей в уместных красках поделился впечатлениями, слыша в изысканно негромком гуле чужих разговоров, как Винда заливается тихим очаровательным смехом в ответ на посредственные шуточки Кэрроу.
Весомо скрипнул отодвинутый стул: хозяин дома встал со своего места.
— Мадам и мсье, я прошу поднять бокалы за мою дочь, величайшее сокровище этого дома.
Винда негромко, но неприкрыто фыркнула. Северным сиянием вспыхнули взлетевшие над столом бокалы. Тосты во славу красоты и бесценности хозяйки вечера сопровождали каждую перемену блюд, и ход разговора сменялся вместе с ними. Возникшая на волшебно опустевших блюдах рыба в золотой фольге и головокружительных ароматах специй позволила Тесею передохнуть от мадам Трембли и поговорить с Виндой.
— Как вы находите суфле? — спросила она, улыбаясь.
— Никогда не пробовал ничего вкуснее.
— Кофе будет тоже прекрасный, не хуже, чем в “Калейдоскоп”.
— Я предвкушаю!..
Ее прищуренные глаза сияли, и вроде бы они вели совершенно пустой разговор, но от него кожа покрывалась мурашками.
— Кофе в моем отеле был даже лучше, чем в «Калейдоскоп»,— рискнул Тесей, толком не пивший, но как будто немного пьяный. — Я всю ночь не мог заснуть.
— Выпили слишком много? — спросила она участливым тоном и с лукавой улыбкой.
— Боюсь, такого никогда не будет слишком много.
Винда засмеялась, не так, как с Кэрроу, и благосклонно приняла следующий тост в свою честь. На левом плече у нее были две родинки, едва заметные и драгоценные, как секрет, и, передавая мадам Трембли соусник или канапе, Тесей мельком ловил их взглядом и радовался сам не зная чему.
Звук собственного имени выдернул его из этой борьбы на два фронта.
— Мсье Скамандер, полагаю, знает историю-другую. — Хозяин дома смотрел на него с непроницаемо вежливым холодком. — Вы ведь, кажется, мракоборец?
— Подожди с расспросами, папа. — Винда поигрывала бокалом, хрустальные блики граней плясали на ее лице. — Ужасы мракоборческой работы испортят гостям аппетит, а Смитти так старался с десертом.
— Тогда я бы спросил вас о но-мажик.
Итак, мсье Розье сделал домашнюю работу и разузнал о новом знакомце своей дочери. Раз выяснил про участие в неволшебной войне, знает и про запрет колдовать? Тесей чувствовал, что Винда ждет от него поддержки в своем тихом, но явном бунте, и подыграл ей, не дав мсье Розье разоблачить вынужденного магла за своим столом:
— Буду рад их обсудить. Вы знали, что они тоже умеют колдовать? Завязать галстук без волшебной палочки — вот где настоящая магия!
Хозяин дома улыбнулся, не сделав усилия, чтобы придать этой улыбке видимость искренности.
