– Любимый, неужели веришь, что я могу тебя покинуть?..
В городах, раскинувшихся на берегах Великой Реки, ночи были невообразимо хороши; приторно-сладкие, терпкие ароматы лилий и сладких плодов, которыми полнились сады жителей, смешивались с дувшим с воды лёгким, свежим ветерком, насыщаясь прохладой и влагой. В иссиня-черном небе горели россыпи звёзд, во мраке улиц изредка мелькали тени припозднившихся горожан, волны Великой Реки плескались и журчали, тихо шуршали пальмы и тростники. Светлые стены домов таинственными очертаниями виднелись в темноте, раскрашенные пятнами цветущих деревьев, даже в полуночи поражавшие яркостью сочных, выразительных красок.
Энеата смотрела на прекрасный город, прощаясь с ним тоскливым взглядом – надолго или навсегда. Погрузив свои вещи на повозку, она шагала рядом, хотя Нунна предложил ей сесть и ехать.
– Твой вес быки даже не почуют, – хмыкнул он. – Тебя что, давно не кормили?
– Я всегда такой была, – буркнула себе под нос Энеата, сердясь.
– Не говори глупостей, Нунна, – вмешалась Фазмира.
Впереди и по бокам от повозки вышагивали слуги и рабы. Они несли факелы, освещая ими путь в ночи; мощёная дорога с высаженными по обочинам рядами пальм вела беглецов прочь от цветущего города. Нунна, передразнивая скрип колёс телеги, издал звук, похожий не то на смешок, не то на свист, и начал что-то рассказывать, но Энеата, кивая и делая вид, что слушает, думала о своём.
Рассвет застал их довольно скоро; Энаран виднелся вдали, и в розоватых лучах казался нежной грёзой. Энеата то и дело оборачивалась. Она не верила, что столь дивной красоте может грозить опасность. Порыв ветра донёс тихий отзвук тревожного рога, и все путешественники встрепенулись.
– Призыв, – тихо пояснил Нунна, отвечая на безмолвный вопрос в глазах Энеаты. – Созывают воинов.
Долгое время после высказывания Нунны никто не решался заговорить. До заставы ехали молча; когда к беглецам приблизились четверо воинов в одеждах цветов Ирутара – судя по пустующей башенке, только они и остались на страже границ Энарана – Нунна заговорил с ними. Сын судьи сообщил, что они отправляются в Арк попросить у отца Энеаты благословения и обручиться; стражники покивали и пропустили без дальнейших вопросов.
– Должно быть, остальных уже призвали в Энаран, – тихо заметила Фазмира, когда они отъехали от заставы на порядочное расстояние.
– Должно быть, – согласился Нунна. – Отец сказал, гонцов по округе отправили вчерашним днём.
– По-моему, байру Радан слишком молод для военачальника, – решила вдруг высказать своё мнение Энеата.
– Асахир младше байру Радана, – снисходительно глянув на асу, ответил Нунна. – И слава его затмевает венцы многих воителей древности.
– Младше? – удивилась Фазмира. – Подожди-ка, разве байру Радану не двадцать четыре?
– Да, – Нунна кивнул.
– Байру Асахиру гораздо больше! – уверенно заявила дочь судьи. – Я видела его издалека, когда они проходили по городу.
– Ему двадцать три, как говорят, – возразил Нунна. – Но он ведь найдёныш, никто не знает, сколько ему на самом деле.
– Двадцать два? – не поверила Фазмира. – Брось. Он выглядит гораздо старше. Весь в шрамах и такой суровый.
– Байру Асахир повидал много сражений, – Энеата не могла не отметить, что в голосе Нунны звучит уважение с примесью зависти. – Хотел бы я быть таким.
Аркская застава смутила путешественников такой же немноголюдностью, что и пограничная башня Энарана. Пятеро стражей, хмуро оглядывавшие приближающихся странников, похоже, были единственными обитателями небольшого укрепления у дороги. Ответив на вопросы охранников так же, как и на первой пройденной заставе, беглецы проехали дальше; когда башня и двор остались на достаточном расстоянии, а впереди на холме уже виднелись стены Арка, Нунна вслух произнёс мысль, мучавшую его:
– А в Арке-то отчего могли собрать воинов?..
– Наверное, эсин уже прислал сюда гонца с просьбой помощи, – беззаботно отозвалась Фазмира.
– Эсин Арка клялся в вечной дружбе отцу Алуганга, у них договорённости о поддержке, – подтвердила Эне.
– Но брат сказал, что у идшарцев здесь три сотни, а у нас полторы тысячи… Зачем ещё помощь?.. – растерянный взгляд Нунны передал его тревогу спутницам.
– Ну, может быть, они сами… – неуверенно начала Фазмира.
В Арке было, как и всегда, немноголюдно. За короткое время отсутствия Энеаты в городе ничего не поменялось; у ворот дома прибывших встретил управитель имения, вольноотпущенник Амар, старый слуга и приятель асу Хурсана.
– Госпожа! – обрадовался он, отпирая двери и впуская гостей внутрь. – Хвала всем богам! Мы так боялись, что вы останетесь в Энаране!..
– Здравствуй, Амар! – Эне обняла управителя, затем, отодвинувшись, спросила: – Тревожные новости уже дошли до Арка?
– А то как же. Гонцы байру Асахира прибыли ещё вчера утром.
– Гонцы Асахира?.. – встрял Нунна.
– Ну да. Байру требовал дать ему воинов, и эсин отправил пять сотен пращников и полторы сотни стрелков. Мы так боялись, госпожа, что вы не успеете покинуть Энаран!..
– Воины Арка отправились служить Асахиру?! – выкрикнул Нунна.
– Ну да, – косо посмотрел на него Амар.
