По мере развития СССР и роста просвещения, население всё чаще требовало фактов и доказательств всемогущества революционной теории, в том числе с точки зрения выработки на её основе способов устранения возникающих коренных и существенных противоречий в партии и советском обществе. Таких, как развитие демократии и борьба с вождизмом, совершенствование социалистической системы хозяйствования и оплаты труда, создание новой советской элиты, действительно состоящей на службе у большинства, устранение разрыва в социальном положении и во взглядах рабочих и интеллигенции, организация конструктивного диалога в обществе для выяснения совместных интересов и способов движения вперёд, соотношение заботы о благосостоянии народа и обороноспособности страны и много других. Но подобных решений у классиков коммунистической идеологии не было. Они успели создать учение лишь об общих, наиболее предсказуемых моментах борьбы трудящихся за свои права. Однако, вместо дальнейшего развития коммунистической теории для ответов на вызовы изменений в обществе, наши идеологи продолжали бубнить о неизбежной победе пролетариата как могильщика капитализма, полностью загнившего на корню. А на все остальные разговоры о необъяснимых явлениях надевали на думающих марксистскую смирительную рубашку, даже не пытаясь хоть немного подогнать её по размеру и по цвету.
Наиболее отталкивающее впечатление производили неуклюжие попытки идеологов обосновать с помощью марксизма-ленинизма любые тактические ходы, предпринимаемые руководством партии, чтобы показать его универсальность. А ведь он, в виду своей ограниченности и незавершённости, был предназначен только для разработки стратегии революционной борьбы, хотя и при этом, как показала практика, чаще всего не совпадающей с уже имеющимися победам, и, к сожалению, совершенно не объясняющей то, что в большинстве случаев они окончились поражениями народных революций. Уже эти результаты должны были насторожить приверженцев марксизма, подсказать, что с теорией не так уж всё обстоит гладко. В любом случае надо было выполнить тщательный и правдивый анализ завоевания власти трудящимися России и увидеть прорехи даже в стратегических решениях. Почему толпа советских учёных не провела эти крайне необходимые исследования, и партия врала народу напропалую – даже представить сложно.
А теперь нас опять призывают в поход на старой колымаге и по заезженной колее, проложенной марксистами и приведшей народ к ужасному поражению. Не случайно, что-то большого количества желающих последовать нашему примеру не видно. Народ и без партийных чинуш понял не только неопределённость, но и бесперспективность пути, указанного К. Марксом, и предпочитает кое-как сводить концы с концами и жить в стане воров, чем снова выходить на бой за светлое будущее без оружия, которым в данном случае должна быть теория, определяющая цель и методы организации борьбы.
Вот, для примера, сегодняшнее состояние разработки одного из самых важных вопросов подготовки к завоеванию власти – работа коммунистов с массами, особенно с рабочим классом. В теории говорилось лишь о необходимости нести в них «социалистическое сознание», а что нести при отсутствии понятных народу научных материалов, и как осуществлять это сложнейшее психологическое воздействие на человека разного уровня образования, да ещё в условиях фактического подполья, при отсутствии СМИ, должен был решать мало понимающий в этих вопросах пропагандист. Накануне Октябрьской революции это, в какой-то степени, удалось осуществить только благодаря ужасному нищенскому состоянию рабочих и крестьян в России, низкому уровню их образования, не позволяющему вникать в сложный смысл пропагандистских материалов, но имеющих очень понятный призыв: взять власть, чтобы выжить. И с твёрдым заверением учёных бородатых мужей о том, что по науке пролетариат мира это в состоянии сделать. Способствовало осознанию трудящихся своей роли в освобождении страны и значительная денежная поддержка, особенно во время забастовок и гражданской войны, осуществлённая американскими банками через Троцкого и германскими через Парвуса. Хотя есть сведения, что последний большую их часть приватизировал в личных целях. Гобсек он и в революции Гобсек.
