– О, Дэви, – возмущенно проговорила Дора, вмешавшись против правил в разговор. – Предложение должен делать мужчина.
– Должны быть исключения, – проворчал Дэви. – Похоже, все в этом мире должны делать мужчины. Можно мне еще пудинга, Марилла?
– Ты съел достаточно, – сказала Марилла, но все-таки положила ему умеренную вторую порцию.
– Почему люди не могут питаться одним пудингом? Почему, Марилла? Скажи.
– Он бы скоро надоел.
– Хотелось бы проверить самому, – недоверчиво проговорил Дэви. – Конечно, лучше есть пудинг хотя бы по воскресным дням, чем вообще никогда. У Милти Булдера его вообще не готовят. Милти говорит, что, когда к ним приходят гости, его мать подает сыр и сама его нарезает – каждому по кусочку и еще один для приличия.
– Если Милти Булдер рассказывает такое о своей матери, ты уж хотя бы не повторяй, – сурово сказала Марилла.
– Боже милостивый… – Дэви подхватил это выражение у мистера Харрисона и теперь употреблял его к месту и нет. – Так Милти считает это комплиментом. Он гордится матерью, про которую в поселке говорят, что она и из камня творог выжмет.
– Боюсь, как бы скверные куры не залезли в маргаритки, – сказала Марилла и торопливо вышла из-за стола.
«Скверных кур» рядом с цветами не было, да Марилла их и не искала. Вместо этого она села на крышку погреба и от души расхохоталась. И она делала это так долго, что ей стало стыдно за себя.
Добравшись до каменного домика, Энн и Пол застали мисс Лаванду и Шарлотту Четвертую в саду, где они рвали сорняки, работали граблями, что-то подстригали и подрезали. Завидев гостей, мисс Лаванда отбросила садовые ножницы и радостно побежала им навстречу – веселая и хорошенькая, вся в оборках и кружевах, как она любила, а Шарлотта широко улыбалась.
– Добро пожаловать, Энн. Я так и думала, что ты сегодня придешь. Ты подходишь этому дню, вот он и привел тебя. Люди и вещи, которые подходят друг другу, всегда появляются вместе. Скольких неприятностей можно было бы избежать, если б люди об этом знали. Но они не знают… И тратят много драгоценной энергии, чтобы совместить несовместимое. О, Пол, как ты вырос! С нашей последней встречи ты на полголовы вытянулся.
– Миссис Линд говорит, что я на глазах расту, – сказал Пол, искренне радуясь этому факту. – Бабушка уверена, что это овсянка помогла. Может, и так. Кто знает… – Пол глубоко вздохнул. – Я столько ее съел, что это немудрено, надеюсь, что продолжу расти и стану таким же высоким, как папа. А у него рост шесть футов, вы ведь знаете, мисс Лаванда?
Да, мисс Лаванда это знала, румянец на ее щеках стал ярче, и она, взяв за руки Пола и Энн, повела их в дом.
– Сегодня подходящий день для эха? – взволнованно спросил Пол. В прошлый визит было слишком ветрено, и тогда Пол очень расстроился.
– Лучше не бывает, – ответила мисс Лаванда, выходя из задумчивости. – Но сначала надо поесть. Нельзя проделать такой долгий путь по буковому лесу и не проголодаться, ну а мы с Шарлоттой Четвертой будем рады присоединиться. Аппетит у нас прямо волчий. Сейчас совершим набег на кладовую. К счастью, там много всего вкусного. У меня было предчувствие, что сегодня будут гости, и мы с Шарлоттой Четвертой основательно подготовились.
– Мне кажется, вы из тех людей, у которых всегда найдется дома что-нибудь вкусное, – сказал Пол. – Бабушка тоже такая. Но она не одобряет перекусов между основными приемами пищи, – задумчиво добавил он. – Могу ли я есть, если знаю, что она бы этого не одобрила?
– Не думаю, чтобы она возражала – вы проделали такой долгий путь. Это особый случай, – сказала мисс Лаванда, обменявшись с Энн веселым взглядом над темной кудрявой головкой мальчика. – Я тоже считаю, что перекусы неполезны, поэтому мы с Шарлоттой Четвертой почти непрерывно едим. Мы с ней отрицаем все диеты. Если нам чего-то захочется, пусть и вредного для пищеварения, мы это едим, причем в любое время дня и ночи, и только здоровеем. Но мы стремимся исправиться. Если видим в газете статью, где говорится о вреде той еды, которая нами любима, мы эту статью вырезаем и прикрепляем на кухне к стене, чтобы не забыть. Однако каждый раз забываем и вспоминаем только после того, как съели неправильную еду. Пока, слава богу, живы. Правда однажды, после того как мы перед сном съели пончики, мясной пирог и фруктовый торт, Шарлотте Четвертой снились кошмары.
