– Я не буду даже думать об этом, пока не узнаю, поеду я или нет, – проговорила решительно Энн. – Если я размечтаюсь, а потом все сорвется, мне этого не пережить. Но если меня отпустят, я буду рада, что к этому времени у меня будет готово новое пальто. Марилла считала, что мне не нужно новое пальто – старое еще на одну зиму сгодится, говорила она, а я должна радоваться тому, что у меня есть новое платье. Оно и правда очень красивое, Диана, – темно-синее и фасон современный. Теперь Марилла всегда шьет мне модные платья, она не хочет, чтобы Мэтью обращался за помощью к миссис Линд. И я этому рада. Насколько легче быть хорошей, если на тебе модные вещи. Мне, во всяком случае. Думаю, для людей по-настоящему хороших это значения не имеет. Но Мэтью сказал, что новое пальто пошить нужно, и Марилла купила отрез красивого синего сукна, и его шьет настоящая портниха из Кармоди. Пальто должно быть готово к субботнему вечеру, и я пытаюсь заставить себя не думать о том, что пойду в церковь на воскресную службу в новом пальто и шляпке. Боюсь, мечтать об этом нехорошо, но будущая картина против моей воли встает у меня перед глазами. Шляпка тоже прелесть. Мэтью купил ее для меня, когда мы ездили в Кармоди. Эти маленькие шляпки из синего бархата с золотым шнуром и кисточками – последний писк моды. Твоя новая шляпка тоже очень элегантная и очень тебе к лицу. В прошлое воскресенье, когда ты вошла в церковь, мое сердце наполнилось гордостью от того, что ты моя близкая подруга. Как ты думаешь, это плохо, что мы уделяем столько внимания своей одежде? Марилла считает, что это грешно. Но как приятно на эту тему говорить!
Марилла согласилась отпустить Энн в город, и было решено, что мистер Барри сам во вторник отвезет туда девочек. До Шарлоттауна было тридцать миль, а так как мистер Барри предполагал вернуться домой в тот же день, выезжать из Эйвонли надо было очень рано. Но Энн все было в радость, и во вторник она еще до рассвета была на ногах. Выглянув из окна, она убедилась, что день обещает быть хорошим – небо на востоке, за елями Зачарованного Леса, было безоблачным и серебристым. В просвете между деревьями Энн увидела в Яблоневом Косогоре свет – верный знак, что Диана тоже не спит.
Когда Мэтью развел огонь, Энн была уже одета, а к тому времени, когда вышла Марилла, был готов и завтрак. У самой Энн от волнения кусок в горло не лез. После завтрака, надев новую шляпку и пальто, Энн поспешила через ручей и еловый лес к Яблоневому Косогору. Мистер Барри и Диана ее уже ждали, и вскоре коляска с путешественниками отъехала.
Путь был долгий, но Энн и Диана наслаждались каждой минутой поездки. Как приятно было катиться по влажным дорогам и смотреть, как красноватые лучи рассвета расползаются по скошенным полям. Воздух был чист и свеж, с холмов спускался и застилал долины легкий дымчато-голубой туман. Иногда дорога шла через лес, где клены уже начали развешивать багряные знамена; иногда коляска проезжала через реки по мостам, и тогда Энн ежилась от старого, смешанного с наслаждением страха; иногда дорога вилась вдоль залива, мимо серых от штормов рыбацких хижин, потом резко взмывала вверх – на холмы, откуда открывался вид на гористую местность и затянутое дымкой голубое небо. Все на долгом пути было им интересно, всегда находилось что-то, о чем хотелось поговорить. Был почти полдень, когда они въехали в город и нашли дорогу к «Бичвуду» – красивому, старинному особняку, уединенно стоящему в глубине улицы в окружении зеленых вязов и раскидистых буков. Мисс Барри встретила их у дверей. В ее умных, черных глазах поблескивал лукавый огонек.
– Наконец ты приехала навестить меня, девочка-Энн, – сказала она. – Боже, как ты выросла! Ты уже выше меня. И очень похорошела за это время. Думаю, ты и сама это знаешь.
– На самом деле не знаю, – лучезарно улыбнулась Энн. – Веснушек и правда стало меньше, что несказанно меня радует, но я даже не осмеливалась думать, что есть и другие улучшения. Мне очень приятно слышать ваши слова, мисс Барри.
Дом мисс Барри был обставлен «просто роскошно» – именно такое определение дала Энн, передавая Марилле свои впечатления. Две деревенские девочки были ошеломлены великолепием гостиной, где мисс Барри их оставила, а сама ушла распорядиться насчет обеда.
– Да это просто дворец, – прошептала Диана. – Я никогда прежде не была у тети Жозефины дома и не представляла, что у нее так красиво. Хотелось бы, чтоб Джулия Белл видела эту роскошь, а то ее прямо распирает от гордости, когда она говорит о гостиной своей матери.
– Бархатный ковер, – восторженно вздохнула Энн, – и шелковые шторы. О таком можно только мечтать. Но должна сказать тебе, что среди всего этого великолепия я не чувствую себя комфортно. В этой комнате слишком много прекрасных вещей, и они не оставляют места для воображения. У бедных людей одно утешение – можно все нафантазировать самому.
Энн и Диана часто потом вспоминали о поездке. Пребывание в городе было полно восхитительных моментов.
В среду мисс Барри повезла их на Выставку, и там они провели весь день.
