— Могу сама идти — каждое слово было проговорено по буквам, губы напрягались и с силой расслаблялись, заставляя язык работать, формировать слова. Чтобы ее не смущать, я ни коим образом не обращал внимания на ее манеру общения. Еще не хватало, чтобы они вновь прекратила разговаривать, только уже от того, что ей неловко или стыдно. А сил, чтобы не показать свое удивление тому, что Кариэль вновь разговаривает, нужно было очень много. Скажу честь, я был до сих пор поистине ошарашен и удивлен.
— Ты устала.
— Могу идти — повысив голос, Кариэль процедила слова и спрыгнула с тележки, при этом чуть не упав. Я успел подхватить ее, но в итоге, упали оба.
— Нам бы отдохнуть.
Ничего не ответив, она так и осталась лежать в руках. Наспех сформировав заклятие на обнаружение движения, мы погрузились в сон.
Через неизвестное количество времени от того, что сработала сигнализация. Резко открыв глаза, я увидел, как возле тележки трется лисица, совсем не обращая внимания на нас. Стоило подняться на одно плечо, как тут же яркое бело-бело-рыжее пятно унеслось в сторону.
Кариэль еще спала, поэтому я медленно встал и начал разминать свое тело. В горле был небольшой комок — не самая лучшая идея спать на холодной земле. Отломив кусок хлеба и копченной колбасы, я что было сил кинул в том направлении, куда убежала лисица. Не прошло и десяти секунд, как от дерева отсоединилась тень, превратившаяся в лису и в двух лисят.
Не отводя от меня взгляда, лисица взяла колбасу, а детеныши по кусочку хлеба. Убедившись, что я не гонюсь за ними, они медленно ушли вглубь леса.
Как только силуэт молодой семьи исчез, я выдохнул и сдвинулся с места. Сразу видно, что тут дикая природа. Человека они не боятся, а всего лишь опасаются.
Светило только появлялось из-за горизонта, а трава была обильно покрыта влагой. Я вытащил отломленный кусок хлеба и колбасы, и принялся кушать. Желудок одобрительно заурчал, по пути разбудив, наверное, половину леса. Как минимум, Кариэль проснулась, и медленно встала.
— Доброе утро.
Не сказав ни слова, она кивнула мне и села рядом. Я протянул ей колбасу с хлебом.
— Как спалось?
Дочь старосты ничего не ответила, продолжая медленно попеременно жевать, вглядываясь куда-то вдаль. Может, мне вчера показалось, что она разговаривала?
— Сейчас мы с тобой доедим, и поедем дальше. Как только закончишь, сразу полезай в тележку.
Кариэль недоуменно посмотрела на меня.
— И даже не спорь.
— Не устала — тихий голос донесся до моих ушей. Слова была четче, нежели вчера, и ей не приходилось гримасничать — могу идти.
— Ну иди тогда, но как только станет тяжело, то сразу полезай в тележку.
Она кивнула.
Подул легкий утренний ветерок. Дочь старосты, увидев как я внимательно смотрю на ее уши, тут же поправила волосы.
— У тебя красивые уши. Прямо как у эльфа.
Лицо ее покраснело, взгляд потупился.
— Нам пора — затолкав хлеб в рот, я поднялся и начал тягать тележку.
Идти было прохладно и сыро. Вся обувь и штаны хлюпали при каждом шаге. Проступающий пот слишком сильно охлаждал тело. Кариэль через некоторое время укуталась в плед, но стойко продолжала идти рядом.
Я посмотрел на нее магическим зрением и невольно охнул. А где вся ее манна? Я начал вспоминать все произошедшее в пещере с учетом отсутствия маны у Кариэль, и некоторые моменты боя заиграли новыми красками.
Значит, Кариэль не стояла просто у входа как окаменелая, она тоже творила волшбу. Но какую? Я периодически видел, что друид смотрит на нее, и даже произвел на нее атаку. Судя по всему, от Кариэль исходила некая угроза для друида.
Дочь старосты специализируется на магии лечения и иллюзий. Я никаких иллюзий в бою не видел. От лечения точно мана не могла обнулиться до конца.
При очередном перерыве на отдых, я подошел к Кариэль, взял за ее теплую руку и вкачал немного маны. Как всегда, после перекачки возникла легкая усталость.
Пройдя вдоль опушки леса, мы поднялись на небольшую гору, с которой стало видно дорогу, ведущую в Двуречье. Как же я устал!
— Деревня — тихо проговорила Кариэль и убрала плед обратно в тележку.
— Да, дошли.
Я хотел сделать небольшой перерыв, но Кариэль быстрым шагом пошла в направлении своего дома.
— Подожди! Давай немного отдохнем.
— Не отставай.
Не отставай. Это все, что я услышал от нее. Вот догоню, и пускай сама тащит тележку. Как будто мне больше всех нужно, чтобы были батареи. Только я и думаю о других!
— Не так быстро, Кариэль!
Чем ближе мы подходили к деревне, тем шире поневоле становился шаг. Нас не было в деревне, по ощущениям, более года.
Солнце поднялось наверх, и весь мир залился теплом и радостным пением птиц, которые словно отдавали приветствовали нас. Настроение было наипрекраснейшим, не смотря на все произошедшее. Надеюсь, Пашик его не испортит.
Ну что может испортить этот день? Разбойники уничтожены. Друид убежал. Кариэль спасена. Батареи для маяка возвращены. Сейчас мужики кучу барахла с пещеры притащат. Колбаски навернут. А я герой!
