Пашик расплылся в улыбке, пока не получил второй втык по животу.
— Нашел чем гордится, идиот — Альвия была в бешенстве — лучше бы учился тогда. Я же помню твои эксперименты. Кто тебя домой тащил? Кто? Твой друг? Друзья? Я, сестра твоя.
Пашик ничего не ответил. Лишь примирительно поднял руки.
Альвия замолчала, прищурилась и внимательно посмотрела на Пашика.
— Я поняла, к чему ты клонишь. Заканчиваем разговор. Идите спать.
И отвернулась, уставившись в полупустой стакан, показывая нам, что разговор окончен.
— Ничего не поделаешь — Пашик посмотрел на меня — пора спать. Иди тоже. К слову, говоря о юных годах, много сегодня узнал?
Я рассказал вкратце все, чему обучился, а он в свою очередь одобрительно закивал, похвалив за мою высокую мотивацию и пытливый ум. Старик задал пару вопросов по моему рассказу, на которые я был рад сразу же ответить.
Пожелав всем спокойной ночи, оставив на кухне брата с сестрой, я ушел в свою опочивальню, и улегся спать.
Тишина окутала окружение. Было тепло. Да и вообще, очень даже хорошо. Неужели теперь это мой дом? И вправду могу назвать место своим домом? Я уже задавался таким вопросом, и с каждой минутой, часом, днем, утверждался в своем суждении. Это мой дом. Новый дом.
Хочу ли вернуться назад? Я не сформировал свое окончательное решение по этому вопросу. А почему не сформировал? А потому что не хочу. А почему не хочу? Наверное, я нашел ответ на этот вопрос, и боюсь признаться себе. А почему боюсь признаться? Потому что стыдно? Потому что страшно? Потому что…что?
Как только мои глаза закрылись, Морфей открыл свои белесые врата, куда вела тропа к зеркальному озеру.
Окунувшись в озеро, ты попадаешь в самые волшебные и в самые теплые места, в какие-только может позволить попасть сон. А сон бескрайний.
Эх, будем жить.
Удар. Удар. Разворот. Блок. Блок. Удар. Блеск меча. Я не наточенной стороной меча отвожу меч Корага от себя, и делаю выпад, но он не достигает цели. Кажется, Орк оступился. Я не преминул воспользоваться ошибкой соперника, и делаю колющий удар. Кораг улыбается. Ну конечно же, обманка. Еще бы опытный воин оступился. Тем более в схватке с таких дурачком как я.
Колющий удар заставил перенести центр тяжести вперед, чем Кораг тут же пользуется — он дергает меня за руку, уходя за спину, и я теряю равновесие. Коек-как удерживаюсь и не падаю на землю, но фокусировка на противнике потеряна, дыхание сбито.
Снизу замечаю короткий блеск. Меч орка готов оставить без внутренностей. Заклинание водного щита спасает от удара, но и это было обманкой. Кулак Корага прилетает по челюсти. Я кратковременно теряю сознание. Тушка с грохотом падает на землю.
«Этот большой идиот меня не жалеет. Я же так и умереть могу».
— Не умрешь. Ты же у нас волшебник.
— Я это вслух сказал?
— Да.
Хорошо, что он услышал лишь последнее предложение. В бок, который уже и так болел, впился больших размеров валун, по совместительству, кулак Корага.
— Ай! Больно!
— Воин должен терпеть. И ты сам идиот.
— А, так ты все слышал.
— Достаточно услышал, чтобы тебя убить.
— Но мы друзья, ты этого не сделаешь.
— Не сделаю — согласно кивнул Кораг — но твои тренировки будут еще ужасней.
— Я так сам умру.
Кораг рассмеялся.
— Не так сильно я увеличу нагрузку. А то ты и впрямь умрешь. Кто же будет носить пирожки?
На его слова я мог лишь ухмыльнуться. Кораг не понял ухмылки, и продолжил осматривать меня, валяющегося посреди заднего двора Ульгиндры.
Говоря о пирожках, Альвия сразу задалась вопросом «куда мне столько пирожков надобно»? Я пытался придумать различные оправдания, даже глупости, но сестра старика имеет куда более высокий интеллект, нежели я, поэтому, в итоге решил не пытать удачу, свое здоровье и жизнь, и сказал все как есть.
Сначала она обрадовалась, а затем задумалась. Отчего была радость известно. А вот отчего она задумалась, не сразу догадался. Казалось бы, от того, мол, где взять столько ингредиентов, чтобы готовить каждый день пирожки? А нет! Она задумала о том, как их готовить каждый день! И ничего не придумала лучше, как спихнуть данное мероприятие на меня.
Конечно, я не был против. Все же виновник проблемы напрямую я и только лишь я, но из-за новой обязанности, мне приходилось ложиться еще позже, а вставать раньше. А так как, я оказывался на кухне не только после того, как позанимаюсь с Корагом, то и работенки прибавилось.
После нескольких попыток, у меня стало получаться недурно, учитывая тот факт, что я никогда не занимался «бабушкиной стряпней».
Но тут самое главное не это. Все время я таскал приготовленные мной пирожки, и каждый раз вкус был разным, но не потому, что разные ингредиенты или начинка, а потому что я лишь набирался опыта в готовке. И Кораг не догадался! Я думаю, он просто любит пирожки. Его точно нельзя назвать гурманом.
— Ты чего лежишь и улыбаешься?
