Отсутствие физических платёжных средств и возможности анонимных платежных операций так или иначе влияет на современную коррупцию. Низшие социальные слои стали испытывать на себе её проявления в существенно меньшей степени, это не подлежит сомнению. Дать взятку мелкому чиновнику или рядовому полицейскому ныне просто нечем. Перевести деньги ему на счёт нельзя, автоматические аналитические финансовые службы обязательно обратят на столь подозрительный перевод внимание. Не бартером же её вручать в виде коробки конфет или палки колбасы. Может кто-то взял бы и бартером, но распространённость систем видеонаблюдения и личных видео-регистраторов делает опасность погореть слишком высокой. Рисковать карьерой ради «палки колбасы» мало кому хочется. Ещё есть закон о несимметричной ответственности, тоже серьёзно усложняющий коррупционерам жизнь. Согласно ему взяткополучатель подлежит уголовному наказанию, а взяткодатель только административному, причём если именно он и заявил о преступлении, при доказанном факте взятки ему возвратят до 90% от её суммы, взыскав эти средства догадайтесь с кого. Таким образом, принимая мзду, уполномоченная властью персона фактически полностью отдаёт себя на милость дарителю, захочет тот обратиться в полицию, органы правосудия лишь пожурят его слегка, а в случае успешного расследования ещё и денежки вернут, тогда как сама она обретёт далёкую от заманчивой перспективу распроститься с высокой должностью и угодить за решётку. Казалось бы всё это должно привести к искоренению взяточничества на корню, а то и к полному исчезновению коррупции. Но как бы не так. Чиновничий мир просто перестроился под новые обстоятельства и продолжил существовать в прежнем режиме. Об изворотливости и изобретательности некоторых коррупционеров в пору слагать легенды. Они не устают придумывать всё новые и новые способы бездоказательного мздоимства и извлечения выгод из служебного положения. Наиболее употребляемые из их придумок мы сейчас и попытаемся описать.
• Талантливые родственники. Чаще всего это жёны или мужья, то есть те, с кем имущество юридически совместное, но нередко талантливыми бывают и дети, родители, братья-сёстры. Должностным лицам как правило запрещают параллельно с госслужбой заниматься бизнесом, однако никто никогда не рискнёт принять законы, запрещающие то же самое их близким. Характерная для коррупционно прогнившей власти ситуация, когда жёны чиновников или мужья чиновниц чуть не поголовно оказываются чрезвычайно талантливыми бизнесменами, зарабатывающими в год в сотни и тысячи раз больше своей второй половинки. Если с коррупцией совсем уж беда, принадлежащие родне фирмы будут постоянно выигрывать муниципальные или государственные тендеры на поставку того и иного, подрядов на строительство, и т.д. Иначе умопомрачительная успешность им обеспечивается за счёт взяточнического сотрудничества, т.е. когда их клиентом или инвестором становятся исключительно в целях умасливания состоящего с их владельцами в семейных связях бюрократа. В последнем случае состава преступления нет, он никак не доказуем, надёжно маскируясь под просто деловые отношения, мало ли кто чей родственник, не отказываться же из-за этого от выгодного контракта или многообещающего вложения. Бывает, дети некоторых уполномоченных служащих открыто зарабатывают на консультациях, как успешнее всего пройти процедуры оформления, регистрации и т.п. в государственном учреждении под командованием своего родителя, и главный секрет успеха зачастую вовсе не в получении информации, а именно в обращении за консультацией и оплате её. Ещё одна фишка современной коррупции, когда близкий человек оказывается талантливым в сфере искусства. Сметливые чиновники всегда стараются отдавать детей в художественные школы, чтобы там они научились хоть что-то ваять или рисовать. Вырастает ребёночек, и о чудо, миру является новый гений живописи, востребованный в массах местных почитателей прекрасного. Достоинство произведений искусства в отсутствии взаимосвязи между затратами на их сотворение и стоимостью. Автор может запросить любую цену, главное чтобы нашлись согласные по ней приобретать. Даже если он накалякал десять картин за час, в виде чёрных квадратов или случайно лёгших на холст брызг краски, никто не мешает выставить их на продажу за тысячи, десятки тысяч, миллионы. Взяткой становится коллекционирование его творений. И такое мздоимство тоже недоказуемо. Самое смешное, когда после пары-тройки сделанных купленными критиками хвалебных отзывов находятся ценители, покупающие этого автора без всякой задней мысли, просто чтобы украсить своё жилище «предметом высокой художественной наполненности», в котором умудряются видеть глубину творческой мысли и эстетическую утончённость.
