Пол остался внизу. Без всякой видимой опоры они взлетели вверх. За исключением чувства движения, никаких иных ощущений не было. Глаза Патриции расширились, и она ухватила Такахаси за руку. Шахта по всей высоте была лишена каких-либо черт, и невозможно было сказать, сколько этажей проносится мимо.
— Все занимает лишь секунду, — подытожил Руперт. — Вам понравилось? Не знаю, в скольких романах я читал о подобных штуках, а здесь это реальность. — Впервые Патриция услышала в его голосе нотки удовольствие. Казалось, его заинтересовала ее реакция. «Похоже, ему очень хочется услышать, как я кричу, — подумала она. — Что ж, этого удовольствия я ему не доставлю».
Она отпустила руку Такахаси в тот самый момент, когда часть стены перед ними стала прозрачной. Они мягко и плавно опустились на пол.
Патриция судорожно сглотнула.
— Меня удивляет, — произнесла она с некоторым усилием, — насколько хорошо здесь все работает, в то время как во второй камере автоматика почти целиком бездействует.
Такахаси кивнул, как бы подтверждая, интерес к проблеме, но не смог или не захотел ответить.
— Следуйте за мной, пожалуйста.
Стены коридора изгибались — он был круглым в поперечном сечении, и цвет его плавно менялся от насыщенного зеленого до темно-кленового. Все время казалось, что они вступают в круги теплого света. Патриция посмотрела вниз и заметила, что ее ноги идут по невидимой плоскости над полом коридора.
— Мы ступаем по воздуху, — сказала она, подавляя нервную дрожь.
— Любимая иллюзия камнежителей. Через какое-то время это надоедает.
Они остановились, и Такахаси показал на пол справа от них. Под зеленоватой линией светились красные цифры: 756.
— Это дверь, и как раз та, которая нужна. Теперь вам предоставляется большая честь. Приложите руку к стене и нажмите в любом месте.
Она протянула руку и сделала, как он просил. Семифутовый овал исчез в стене, открыв белое пространство.
— Археологи нашли эту квартиру случайно. Видимо, она освободилась еще до исхода и именно таким образом помечалось свободное жилье. Все остальные двери в этом здании заперты на персональный код или заблокированы каким-то иным способом. И — вы уже столкнулись с этим — информация об интерьере частных жилищ Пушинки-города в библиотеках отсутствует. Добро пожаловать.
Патриция вошла первой. Помещение было девственно белым, обставленным несимпатичными белыми же блоками, в которых с трудом угадывались диваны, стулья и столы.
— Убожество, — сказала она, оглядывая лишенную окон комнату. Овальные двери вели в две столь же белые и так же обставленные спальни — по крайней мере, можно было предположить, что это спальни. Кроватями, возможно, служили небольшие диваны.
Единственным не белым предметом в квартире была хромированная капля на подставке. Патриция остановилась рядом с ней.
— Такая же, как и в библиотеке.
Такахаси кивнул.
— Не трогайте. — Он показал на маленькую коробочку, прикрепленную у основания. — Стоит только прикоснуться, и в службу безопасности поступает сигнал тревоги.
— Это домашний библиотечный модуль?
— Мы полагаем, что да.
— Он работает?
— По нашим данным, никто не пытался это проверить. Можете спросить у Гарри.
— Почему нет окон? Это внутреннее помещение?
— Ни в одной квартире не было окон.
— А почему такая уродливая обстановка?
— Если вы имеете в виду ее внешний облик, то это потому, что никто ее не выбирал. Обстановки нет, так как никто здесь не живет. Квартира свободна.
— Понятно. Что нужно, чтобы ее обставить?
— Полагаю, какой-то договор о найме, — сказал Такахаси. — Тогда квартира сможет воспринимать ваши команды. Вы можете обставить ее, сообщая вслух, что именно вам нужно.
— Чудесно, — восхитилась Патриция. — Никто не входил в другие жилые помещения?
— В третьей камере — нет. Здесь все наглухо заперто.
— Тогда как же вы обнаружили эту? Просто случайно?
— Ицхак Якоб бродил в одиночестве с этажа на этаж и обошел каждый по периметру. Это была единственная квартира, номер которой светился.
— Как можно было узнать, что хозяева дома?
— Может, номер светился, а дверь открывалась при их приближении. Может, были другие способы. Трудно сказать — ведь мы не понимаем даже основ.
«Если мы не знаем основ, — подумала Патриция, — как я могу надеяться понять все остальное… Шестую камеру, коридор?»
— Мы вернемся назад тем же путем, — сказал Такахаси, — и попытаемся учесть до начала собрания.
Они едва успели. Кафетерий первого научного комплекса переоборудовали, и установили там низкую сцену, трибуну и ряды кресел. Римская ждал возле сцены, пока заинтересованные сотрудники научной команды заходили в кафетерий, беседуя и выбирая наиболее удобные места.
Патриция и Такахаси появились ровно в одиннадцать. Большая часть мест была занята, и они устроились сзади. Карен Фарли повернулась и помахала им рукой. Патриция помахала в ответ. Римская вышел к трибуне.
