Корнелио метался во сне. Ему снова снилась черноволосая женщина, она стояла рядом с невысоким мужчиной. Корнелио никогда не видел его, но сонный разум подсказал, что это Экхалор. Во сне у Корнелио не возникло желания пасть ниц, Экхалор выглядел обыкновенным человеком, громко смеялся, держа эту женщину за руку. Внезапно Бог повернул голову и посмотрел на безликого во сне Корнелио. Пронзительный взгляд серебряных глаз заставил его съежиться, хоть он и не чувствовал своего тела. Экхалор отпустил черноволосую женщину, приблизился к Корнелио. Он улыбнулся, касаясь невидимого лица. Охотник почувствовал, как появляется его тело и одновременно исчезает окружающая обстановка. Исчезла женщина, на её месте стоял Анжелос. По грозному лицу предводителя ангелов катились слезы. Корнелио понял, что стоит в окружении других ангелов, прямо перед Экхалором. Он был ниже охотника примерно на голову. Корнелио встал на колени и припал к ногам своего Бога.
- Все пошло не по плану, - внезапно заговорил Анжелос. Его голос напоминал Корнелио раскаты грома. - Теперь она может выйти на свободу. Изначальные нарушили свое слово.
- Мы остановим Предвестника. Еще не поздно, - сказал другой ангел.
- Роадранер должен был объединиться с Изначальными и разрушить Атеней. Эта стихия, магия, слишком опасна для людей, - Анжелос смотрел на Корнелио. Охотник оцепенел и не смел поднять взгляд.
- Предвестник во власти эмоций, он мстит Мастеру. Он не достоин провозглашать божественную волю, - Корнелио не видел сказавшего это ангела.
- Это решать не нам, - сказал Анжелос, поворачиваясь к Экхалору.
- Он предал свою веру! Вступил в сговор с магами и демонами, - громко сказал один из ангелов.
- Он искупит свой грех. Экхалор милосерден,- величественно провозгласил Анжелос. Перед глазами Корнелио все растворилось.
Корнелио проснулся. Легкий сумрак еще стоял за окном. Фелиция громко сопела, укрывшись покрывалом с головой. Корнелио осенил себя молниеносным знаком.
Медленно, стараясь не скрипеть половицами, он подошел к Фелиции и убрал с её головы покрывало. Она заворчала во сне, повернувшись спиной к охотнику. Корнелио коснулся её волос, забрал свою одежду и вышел на улицу. Он не знал планов Экхалора и его ангелов. Но охотник четко представлял в них свою роль. Он должен задержать Роадранера, задержать ценой своей жизни и искупить свои грехи. Он затянул повязки плаща и хотел уже идти к дороге, но тут его окрикнула Фелиция.
- Ты даже не знаешь куда идти, - сказал она.
- На востоке есть большое поселение. Очевидно, Повелитель Бездны направился туда.
- Ты хотел оставить меня одну, - голос Фелиции задрожал.
- Я не хочу, чтобы Роадранер вновь завладел твоей волей. Не хочу сражаться с тобой.
- А тебе и не придется, - Фелиция закрыла дверь и догнала охотника. Корнелио оставалось лишь тяжело вздохнуть и ускорить шаг.
- Опять снилась эта женщина, но теперь там был еще и Экхалор, - задумчиво рассказывал Корнелио, щурясь на горизонт.
- Ты вчера долго и исступленно молился, не удивительно, что тебе он приснился.
- Да, но я никогда не думал об этой женщине. А еще ангелы вокруг Экхалора упоминали какого-то Мастера. Я даже не слышал этого имени, или это кличка какая-то.
Фелиция вздрогнула. - Все это очень странно.
До поселения они добрались к середине дня. У входа селяне вкопали бревно с названием - Кахэморо. Это было довольно крупное село, наверное, самое большое так далеко на севере Священного союза. В центре расположились деревянные двухэтажные дома, кахэморцы выстроили красивую каменную церковь. Вместо привычного купола здание храма венчал шатер.
- Нам в некотором смысле повезло, - сказал Корнелио. - Насколько я знаю, в Кахэморо располагается один из тайников.
- Тайник?
- Да, для охотников, потерявших свое имущество.
- И много таких тайников?
- В каждой епархии пять или шесть. Если нам повезет, и тайник не раскрыли, мы получим действенное оружие против демонов.
В Кахэморе было пусто и мрачно. Люди покинули его, окна многих домов были разбиты, двери снесены с петель. Корнелио провел Фелицию к дому на отшибе. Небольшое покосившееся здание, сложенное из старых бревен и небрежно обитое досками. Однако если смотреть под определенным углом, было видно, что некоторые доски на северной стороне дома темнее, чем обычно. Они складывались в молнию.