Эпангелиас (СИ) полностью

"Я не хочу, чтобы ты уходила, Эва. Не хочу. И пусть пострадает мой разум, пусть! Только не говори, что то, что между нами было - было лишь фальшью".

"Но оно именно этим и было. - Командор частично справилась с его попытками подсунуть ей образы прошлого. Йоан перенесся на гору, в то время, когда между ним и Аристидом произошел конфликт. - Ты нашел артефакт не здесь".

"Не здесь. Он не важен, Эва. Просто скажи, что ты любила меня, и я сам открою тебе воспоминания".

"Мне не нужно твое разрешение. Ты для меня безразличен, Йоан. Я просто выжгу твой разум дотла, но все равно найду то, что мне нужно".

У Йоана осталась одна альтернатива. Он мог показать ей артефакт, а мог показать кое-что еще и навсегда узнать, остались ли у Эвы чувства к нему. Но это могло разрушить все и навсегда. Но разве можно разрушить то, что уже и так разрушено?

"Что ты можешь мне такое показать?" - заинтересовалась командор, уловив мысли командира.

"Прости меня, Эва", - мысли Йоана снова толкнули их в прошлое. В обледенелую пещеру с вмерзшим в стену мамонтом. На ледяном полу лежала куртка Йоана, а на ней он сам. А на нем Тейлон.

Тело командира затряслось.

Эва досмотрела воспоминание о его близости с Тейлон до конца, а зачем начала сначала. И снова. И снова.

"Эва? Зачем ты это делаешь?".

"А зачем ты мне это показал?" - вопросом на вопрос ответила командор, и тут в голове Йоана все затопил красный нестерпимо яркий свет. Это была пульсация эмоции. Одной единственной эмоции Эвы. Это было сияние горькой обиды, к которому тут же примешалось сияние боли, а зачем разочарования. А потом Йоан закричал. Дикий рев сотряс дом, заставив магов на улице испуганно переглянуться.

Вспышка за вспышкой в его голове взрывались её эмоции - Эва чувствовала себя оскорбленной и униженной, иглы её обиды ранили его разум, оставляя кровоточащие раны в его сознании. Йоан ничего не видел от сплошной и сумасшедшей пульсации цветов, он не мог разобрать, где его мысли, а где мысли Эвы, все смешалось, скрылось за бешеным припадком чувств, который через мгновение смела одна единственная эмоция - всепоглощающая ревность.

И едва Йоан почувствовал её, Эва покинула его сознание. Женщина упала на колени рядом с ним и зарыдала, согнувшись всем телом. Йоан обнял её и прижал к груди. - Прости меня, Эва. Прости, - шептал он, с глухим остервенением прижимая командора к себе.

- Зачем? Зачем ты показал мне это? - прошептала Эва сквозь всхлипы.

- Я хотел пробудить твои эмоции.

- Но только не так!

- А как?

- Я не знаю, Йоан, - Эва подняла полные слез голубые глаза. - Но только не так.

Он легонько коснулся её лба губами и поправил выбившуюся прядь волос. - Почему ты перестала ухаживать за волосами? - Йоан ласково погладил её по голове, распутывая пальцами спутанные волосы.

- А для чего, Йоан? - Эва сделала акцент на его имени, она словно наслаждалась самой возможностью называть его так. - Кому они нужны? Кто решится коснуться Инквизитора? Кто станет перебирать их как ты раньше? Как ты сейчас.

- Ох, Эва, если бы ты только подала знак. Я бы тут же вернулся. Я думал, то, что сделали с тобой Доктор и Темный неисправимо.

- Я была неспособна. Ежедневно я проверяла разум членов ордена, знаешь, что я там всегда видела? Страх. Ненависть. Отвращение. Все считали меня одним из самых ужасных порождений ордена. А ты избегал меня.

- Прости, Эва. Я не знал, не знал! Даже не догадывался, что чувства еще живы в тебе. После того разговора, когда ты...

- Темный заставил меня. Ментальная магия или что-то в этом роде.

- Подонок. Аристид во всех отношениях соответствует своему учителю.

- Чувства сохранились, Йоан. Глубоко внутри, так глубоко, что я даже не могла осознать их, не могла проявить. Но, сейчас... Все это всплыло, Йоан. Это ужасно, так ужасно, чувствовать весь этот страх, копаться в самых грязных тайнах человека. - Эва прижалась к Йоану, её тонкие прохладные губы сами собой наткнулись на его рот. Они слились в поцелуе, самом сладком за всю жизнь Йоана. Он буквально почувствовал боль, страх, отчаяние, ревность, радость, любовь, все эмоции, что сейчас охватили Эву. Йоан потерял контроль и потянулся к шнурку на плаще командора. Эва тут же отстранилась.

- Ты не можешь предать ту женщину, - сказала она, вытирая слезы. Йоан молчал. Его взгляд замер напротив глаз Эвы. Несколько мгновений принципы и совесть боролись с сердцем Йоана.

- Могу. - Он шумно сглотнул. - Могу, Эва.