Теодора Ласкарис смогла восстановить магические силы Артемиды и подлечила её раны. Но с руками ничего сделать не смогла. Магичка почти не ощущала их, кроме того они плохо двигались. Артемида даже не смогла застегнуть пуговицы своего черного пальто, ей пришлось попросить Аквилину. Болтливая соседка тут же засыпала её вопросами, на которые Артемида старалась почти не отвечать. Ей не хотелось поднимать панику раньше времени.
Октавий в серо-зеленом плаще и Клементий с Ювеналием ждали магичку у телепортов на летающие острова. Они переместились на пустынный клочок земли. Это был самый маленький остров, вращающийся на самом верху Атенея. Он был засыпан песком, и кроме небольшой плиты в центре на острове больше ничего не было. Клементий недовольно хмурился. Ювеналий подвел их к каменной плите, положил руку на выгравированные на ней руны и начал шептать заклинание. Октавий повторил его действия. Поколебавшись, Артемида положила свою черную руку. Они повторяли за магистром неизвестное заклинание на эндорийском языке. Тело магички начало бить в ознобе, ей показалось, что мир раздвоился. Одним глазом она видела пустынный остров, а другим поросшую лесом равнину. Клементий неожиданно шагнул вперед, протягивая руку. Октавий осторожно сжал её ладонь своей, и перед глазами магички пронеслась синяя волна.
Они стояли в густой и высокой траве. Деревья здесь были огромными и очень старыми. Их узловатые стволы устремлялись высоко в небо, во все стороны торчали засохшие ветви. На лесных гигантах сохранилась лишь часть кроны. Мелкие зеленые листочки с серебряным узором трепыхались на слабом ветру. За деревьями открывалась просторная равнина, и ближе к горизонту темнел каменный замок с высокой темной башней.
- Пошли, - уверенно сказал Октавий и бодро зашагал в сторону равнины. Артемида пошла за ним, но от её взгляда не укрылся скелет, поросший травой около одного из деревьев. На стволе, к которому когда-то прислонился погибший, были вырезаны письмена на раннеимперском языке. Бедняга пытался вернуться домой, но не смог.
- Методы Возрождения ужасны, но есть определенная польза в том, что они хотят сделать, - задумчиво сказал Октавий. Замок был уже близко, и можно было рассмотреть крутые стены и мощные ворота с массивными барельефами. Башня, выложенная из темного камня, бросала на идущих угрожающую тень, а со стен скалили зубы каменные горгульи.
- Неужели? Что хорошего в уничтожение мира?
- Если отбросить демонов, и решить что у них есть план, как подчинить Роадранера, то возвращение старой крепкой Империи с сильной властью, это потрясающе!
- Ты говоришь как Андроник, - Артемида украдкой вытерла слезу. - У них нет плана. А если и есть, то они не смогут исполнить его, так же как не смогли подчинить Роадранера.
- Согласен, - вздохнул Октавий. - Но я мечтаю увидеть единую Империю, в которой бок о бок процветают магия, технологии и экхалорианство.
- Такого даже до Раскола не было, - покачала головой Артемида. - Будет только деспотия Мастера. И учитывая мерзкие эксперименты его командоров, Мастер не поклонник Экхалора.
Ворота башни оказались приоткрыты и маги скользнули вовнутрь. Здесь было множество разрушенных домов, а дорога выложенная булыжником и поросшая густой травой вела к створчатым дверям башни.
- Жаль. Мы бы изменил жизнь людей к лучшему.
- Мы?
- Я имею в виду, если бы я вступил в "хорошее" Возрождение.
- Его никогда не существовало.
Путь к башне был украшен статуями странных существ. Они прошли мимо изваяния человека, вместо головы у которого был цветок с толстыми мясистыми лепестками. Следующая статуя изображала волка вставшего на задние лапы и тянувшего к проходящим человеческие руки. Скульптуры густо увил плющ. Артемиде было очень неуютно. Все вокруг выглядела плодом злого разума. И стояла подозрительная тишина.
Магичка охнула в ужасе. Причиной этому было каменное изваяние. Человека стоявшего на коленях душила девушка с металлическими жгутами вместо рук. Прошедшие события вновь нахлынули на Артемиду, её начало трясти. У человека на коелнях было лицо Андроника.
- Что случилось? - Октавий остановился около магички.
- Слишком знакомая сцена. Помнишь, я рассказывала, - голос Артемиды дрожал.
- Статуя волка на задних ногах. Ты про мутантов Доктора?
- Нет. Статуя волка давно позади, это сцена убийства Андроника. И его лицо...
- Это первые статуи, которые мы видим Артемида. И как Эфретиус мог запечатлеть события, которые произойдут через тысячу лет после его смерти.
- Я не знаю. Но что-то здесь не так...
Октавий пожал плечами и пошел дальше. Артемида с опаской последовала за ним. Сколько они не шли. Двери башни не становились ближе. Лишь бесконечное число статуй, изображающих порой совсем непристойные сцены. Внезапно магичка остановилась. Скульптура женщины подозрительно напоминала её собственную. Рядом стояла статуя Октавия. В правой руке он держал часть Офириса.
- Красивая мантикора, - Октавий с улыбкой посмотрел на магичку.
