Эпилог полностью

Прижав ее одной рукой к своему бедру, второй я нанес первый удар. Звук эхом отдался в тишине. Ливви ахнула, но в остальном, осталась безмолвна. Я смотрел, как ее кожа стала розовой на том месте, где побывала моя рука.

- Уже розовая, зверушка. Как думаешь, сколько потребуется шлепков, чтобы сделать твою попку ярко-красной?

- Не знаю, Калеб, - тихо произнесла она. Ее ноги дрожали.

- Может, нам следует узнать?

Кончиками пальцев я провел по отпечатку своей ладони. Ливви снова хныкнула.

- Если это то, чего ты хочешь, Калеб.

Я улыбнулся про себя. Я знал, что был свихнувшимся сукиным сыном. А Ливви делала меня еще и счастливымсукиным сыном.

Я обрушил на нее еще два удара - один за другим. Вцепившись руками в стол, Ливви не стала сжимать свой зад. Практика, практика, практика.

- Тебе хорошо, Котенок?

Мое собственное дыхание участилось, а возбуждение снесло мне крышу. Голос Ливви наряду с ее извиваниями, толкали меня к высшей точке желания.

- Да, Калеб. Пожалуйста, еще.

Я зашипел и в быстром темпе шлепнул ее еще четыре раза. Попка Ливви под моими пальцами ощущалась горячей. Она приподняла свои ноги, извиваясь на столе.

- Уже становится ярко-красной, зверушка.

Я задыхался.

- Опустись на полную стопу, иначе поплатишься.

- Да, Калеб, - прошептала Ливви.

Она была близка к тому, чтобы расплакаться, и больше не могла терпеть. Мать его, да я и сам больше не мог терпеть.

Своими разгоряченными пальцами, я принялся сзади ласкать ее киску. Простонав, Ливви расставила свои ноги еще шире.

- Ты невозможно влажная, Котенок. Тебе, должно быть, и впрямь, нравится порка.

Скользнув в нее указательным пальцем, я начал медленно двигать им вперед-назад. Ливви задрожала.

- Это мне нравится гораздо больше. Пожалуйста, еще. Жестче.

В меру своих возможностей, она задвигала бедрами, все еще находясь в моей хватке. Ливви сама доставляла себе удовольствие моим пальцем.

- Сейчас ты ведешь себя как плохая зверушка, Котенок. Не тырешаешь, когда тебя трахать.

Когда движение моего пальца замедлилось, из Ливии вырвался стон разочарования. Я улыбнулся.

- Кторешает, Котенок?

- Ты, Калеб.

Успокоившись, она расслабилась. Она была миром моего удовольствия, и добровольным соучастником моей нравственной развращенности.

- Правильно, Котенок. Я.

Шлепнув ее еще три раза, я услышал тихий всхлип. С нее было достаточно. С меня тоже. Встав позади нее, я приподнял ее бедра и стал опускать эту влажную киску на свой член, пока не погрузился в нее до самого основания.

- О, Господи! Пожалуйста, Калеб.

Тут же воспользовавшись наличием стола, Ливви стала отталкиваться от него, насаживаясь на меня сама. Это было настолько приятно, что я временно лишился самоконтроля. Такой секс не мог продлиться долго. Не то, чтобы кому-нибудь из нас двоих это было нужно. Я хотел власти, а Ливви хотела сдаться. Собрав оставшиеся силы, я лег на нее сверху.

Мои более шести футов роста (пользуюсь футами для вашего удобства, но тебе, и правда, пора переходить на метрическую систему, Америка) возвышались над пятью и шестью десятыми футами Ливви. Я накрыл все ее тело, и чтобы не лишать ее доступа кислорода, оперся на локоть, второй рукой схватившись за другой край стола.

- Хочешь жестче, зверушка? Я тебе это устрою.

Двигая своими бедрами, я глубоко проникал в ее тело, почти выходя, но затем возвращаясь обратно, заставляя Ливви хныкать каждый раз, когда подаваясь вперед, дарил ей всего себя. Мы оставались в этом положении до тех пор, пока мой локоть не начало саднить, и мы оба не стали обливаться потом, после чего я перевернул нас так, что Ливви оказалась на мне, объезжая меня до нашего общего освобождения. Впоследствии, она так и уснула на мне сверху, с моим - уже смягчающимся членом - внутри себя. Всякий раз, когда кто-нибудь из нас шевелился, из нее вытекала сперма, но мне было все равно. Я был чертовски счастлив.

В ночь перед Днем Благодарения, я видел сон, в котором Ливви призналась, что больше не может меня любить. Проснувшись в панике, я заставил ее заняться со мной сексом. Кажется, она не возражала.

Праздничный ужин было решено провести в квартире Ливви. Клаудия и Рубио принесли с собой несколько бутылок сангрии, потому как, видимо, это был любимый напиток их небольшой компашки. Я же еще до завтрака начал цедить скотч.

Ливви считала, что то, как я нервничал, было 'мило'. Я и вправду, немного нервничал, но в большей степени от нежелания выстраивать наше общение, поэтому прикинул, что запашок перегара будет держать ее друзей на расстоянии.

Клаудия оказалась тем еще чудом природы - созданием с габаритами эльфа, темными короткими волосами, зелеными глазами и озорной, зловредной улыбкой. Она была еще ниже, чем Ливви, но вы этого не заметите, учитывая ее привычку нарушать личное пространство другого человека. В данном случае, меня.

- О, Боже мой, какой ты красавчик.

Держа мое лицо обеими руками, она то поворачивала его из стороны в сторону, то поднимала к потолку. У меня было такое чувство, словно у меня искали вшей, или того хуже - оценивали.

Выдернув свое лицо из хватки, я сердито на нее посмотрел.