- Этот процесс подразумевает наличие какого-нибудь масла? Я нахожу мысль о моих всюду скользящих руках безумно привлекательной. Если хочешь, я даже могу снять одежду.
Впившись пальцами в мою шею, Ливви придвинулась своими бедрами ко мне, и я почувствовал ее дыхание, когда она прошептала мне на ухо, - Я даже займусь тобой спереди.
- Буду иметь это в виду, - без энтузиазма произнес я.
Но, по правде говоря, единственное, о чем я, по-настоящему мог сейчас думать - это о влажной Ливви и о том, как легко будет в ней скользить. Иногда мне казалось, что ощущение прочного соединения меня с ней возникало тогда, когда я оказывался внутри нее в буквальном смысле. В такие моменты я представлял себя ее Прекрасным Принцем. Я не был монстром. И заслуживал ее. А мое сердце не являлось пустой оболочкой - оно переполнялось любовью.
- Эй, - прошептала Ливви у моих губ, - где ты витаешь, Секси?
Она была обеспокоена. Я услышал это в ее голосе, отчего воспоминания тех дней грозились вырваться наружу. Я ненавидел то, каким привычным для меня было ее беспокойство. Я установил с ней зрительный контакт.
- Здесь, именно там, где и хочу быть.
Ливви улыбнулась.
- Я тоже.
Она стала медленно и страстно меня целовать, в каждое движение своих губ, вплетая скрытую благодарность - что мне было трудно принять, учитывая обстоятельства нашей жизни - но мое сердце с жадностью ее поглощало, имея наглость требовать все больше и больше.
- Скажи, что ты моя, Ливви.
Мы погрузились в прошлое.
- Твоя, Калеб.
Губы Ливви оставляли поцелуи на моем лице, спускаясь вниз по шее. Наши ласки друг друга из медленных и терпеливых превратились в стремительные и голодные.
Она втянула кожу на моей шее в рот, оставляя метку, и расцарапывая мою спину.
- А ты мой. Только мой.
Я ненавидел начало нашей с Ливви истории. Ненавидел, что когда-то причинял боль такому необыкновенному человеку. Однако, наше прошлое не было лишено светлых пятен. Это было время, когда мною управляли иллюзии обладания целью и силой. Но Ливви, открыто заявив о своей любви, забрала всю власть себе. Вопреки ужасам моего детства, я нашел свое успокоение в осознании черноты своей души, но Ливви принесла с собой ослепивший меня свет, и в ней я нашел сокровище моей новой жизни. Находясь с Котенком, я держался за нее, обессиленный и часто, словно неживой. Мгновения, сродни этим, в которых мы находили себя, были нашим сладким утешением.
Осторожно расправившись с тремя крошечными жемчужными пуговичками на ее воротнике, я резко расстегнул молнию вдоль всей спины, на что Ливви издала удивленный, но жаждущий звук. Я раскрыл материю, и, позволив ей соскользнуть вниз, зафиксировал ею ее руки.
Ливви хныкала, извиваясь на мне. Ее бедра еле ощутимо толкались вперед, преследуя удовольствие. Приложившись губами к ее ключице, я начал посасывать ее.
Я оставил на Ливви свои собственные метки - следы от зубов на ее бедрах, отпечаток моей ладони - на попке. Возле соска Ливви - где я ущипнул ее, когда она кончала - виднелся кровоподтек, а ее киска все еще была наполнена моей спермой с предыдущей ночи. Что еще мне было нужно? Что еще я заслужил?
- Ты даришь мне такие приятные ощущения, - задыхалась Ливви.
Прижав колени к моим бедрам, она стала притягивать меня за рубашку к себе, в поисках большего контакта. Я неустанно водил своим ртом по плавной линии ее горла, обнаженным плечам, и неприкрытой ложбинке между грудями, заставляя Котенка запрокидывать голову назад.
Я скользнул губами по фиолетовой метке, оставленной на ее ключице.
- Всего лишь приятные? Должно быть, я стараюсь недостаточно хорошо.
- Ммм... тогда старайся получше.
Схватив Ливви за бедра, я грубо опустил ее на свою эрекцию. Выпутав руки из платья, и обернув их вокруг моей шеи, она пыталась на мне поскакать, но я отодвинул ее бедра назад, и, удерживая Ливви на месте, наслаждался ее тихими, изголодавшимися звуками.
- Снова этот ротик. Такой дерзкий.
- Калеб, - промурлыкала Ливви, - прекрати заниматься ерундой. Ты знаешь, чего я хочу.
Я расплылся в широкой улыбке.
- И что бы это могло быть?
- Тебя. Во мне.
Мой член дернулся в своем возбуждении.
- Хочешь почувствовать меня?
Пробравшись рукой под платье, я стал гладить чувствительную кожу ее бедер над резинкой чулок. Решив накупить Ливви подвязок, чтобы она носила их, как настоящая француженка, я продолжил свое изучение, приподнимая край кружевных трусиков так, чтобы кончиками пальцев задевать ее плоть.
- Да... пожалуйста.
Я услышал, как Ливви сглотнула, своими бедрами стараясь направлять мои пальцы. Я оттянул ткань ее нижнего белья. Трусики, скрывающие ее киску, были насквозь промокшими.
- Ты, действительно, думаешь, что заслужила это? Что я из тех мужчин, которым нравятся дерзкие ротики?
Я вспомнил:
- Я...
Она подалась вперед в поисках удовольствия.
- На это надеюсь.
Я коснулся ее тыльной стороной ладони.
- Так и есть, - прошептал я и набросился на ее губы - одновременно, и те, и другие.
